“European Countries are among Loosers”. Political Analyst Sikharulidze on Outcomes of Coronavirus Pandemic


«Страны Европы оказались среди проигравших». Политолог Сихарулидзе о последствиях пандемии коронавируса

Был ли создан вирус COVID-19 искусственно и насколько чувствительными для человечества окажутся нанесенные пандемией потери? На эти вопросы в интервью изданию Украина.ру рассказал грузинский политолог, основатель SIKHA foundation Арчил Сихарулидзе

Обладатель Нобелевской премии вирусолог Люк Монтанье заявил, что коронавирус был создан в китайской лаборатории. Президент США Дональд Трамп требует расследовать происхождение вируса и обвиняет в пандемии Китай. Посол Китая в России Чжан Ханьхуэй, в свою очередь, утверждает, что вирус в Ухань завезли извне. 

– Арчил, допускаете ли вы умышленное создание нового коронавируса? Или это всего лишь конспирологическая теория?

— Лично я допускаю все, потому что люди в истории творили и не такое. Вот насколько этот вирус был выпущен целенаправленно, для меня это серьезный вопрос. Но я думаю, что ученые проведут достаточно исследований, чтобы ответить на него.

Но меня чуточку смущает, что китайское правительство запретило своим ученым публиковать научные статьи на эту тему без проверки цензурой. Если нечего скрывать, зачем контролировать ученых? Такие вещи еще больше усугубляют всеобщую паранойю относительно всемирного заговора.

– А в Грузии какой версии придерживаются?

— Я думаю, что в Грузии всем все равно. Дело в том, что Грузия не является мировой державой или страной, которая может тягаться с Китаем, мы не член Евросоюза… Поэтому грузинские политики таким не занимаются, и уровень мышления у нас в стране не достиг такого уровня, чтобы люди над этим задумывались. Сейчас все думают над тем, как быстрее решить проблему с этим вирусом и вернуться к экономической активности.

Конечно, если Запад очень четко заявит, что виноват Китай, то грузинское правительство окажется на перекрестке, потому что Китай очень важный экономический партнер Грузии, с которым страна очень активно сотрудничает.

– Арчил, кто, по вашему мнению, в настоящее время извлекает наибольшую выгоду из ситуации с пандемией, являясь, как принято говорить, бенефициаром всей этой ситуации?

— Пока что четких бенефициаров мы не видим, потому что пока не видна вся мозаика. Мы ее увидим через пару годиков, думаю.

Очевидно, что кто-то точно выиграет. Всегда есть победители, всегда есть проигравшие. Из того, что я вижу, легче всех из ситуации вышел Китай, потому что он первым оказался в этом кризисе. Но уже сейчас Китай открыл внутренний туризм и пытается восстановиться.

Если принимать во внимание вопрос имиджа, а по китайскому имиджу был нанесен сильнейший удар, то еще более мощный удар получили страны Евросоюза и Соединенные Штаты, которые до сих пор не могут справиться с коронавирусом.

Пока из того, что видно, можно сказать, что меньше всего пострадал Китай. Я имею в виду численность погибших, количество потраченных ресурсов, хотя по репутации был нанесен сильный удар.

Думаю, через год-два мы точно будем знать, как, что, почему. Тяжело сейчас говорить, кто именно выиграл, но, повторюсь, в числе проигравших оказались европейские государства, потому что они оказались не готовы.

Возможно, Китай из-за своего строя сумел намного быстрее аккумулировать все силы и поэтому так легко справился.  Евросоюз не так серьезно подошел к этому вопросу, потому что в любых демократиях не так просто решать эти проблемы, как при диктатуре.

– Вы согласны с тем, что эпидемия паники и экономические пробемы, конечно же, принесут гораздо больше вреда, чем сам вирус?

— Да, конечно. Понимаю, что это может показаться очень циничным, но сколько человек погибло от пандемии? Более 170 тысяч? Это ничто… В Индии рождается в год 17-18 миллионов человек. С точки зрения человеческого ресурса Земля ничего не потеряла.

Потому что большая часть погибших — это пенсионеры, люди, которые не работали, получали социальную помощь. А абсолютно большая часть рабочих людей не погибли, они жизнеспособны и готовы работать. Все людские потери мы восполним даже не через год, а через пару месяцев.

А вот экономический урон — это уже другое дело. Уже в Германии предъявили счет Китаю на более 100 миллиардов евро, которые она потеряла за полтора месяца. Теперь посчитайте, сколько миллиардов потеряли другие страны!

То же самое в Грузии рост ВВП в 2020 году теперь составит 0%, то есть мы по сути остались без роста экономики в этом году. И нам понадобится еще по крайней мере год, чтобы выйти на нормальные темпы роста. Вот вам пример маленькой страны, а представьте, какой урон был нанесен Европе, России и США.

– Арчил, сейчас некоторые страны вводят тотальную слежку за своими гражданами, чтобы они не нарушали режим самоизоляции. Как вы считаете, что в будущем изменится в отношениях между человеком и обществом, людьми и властью?

— Я вообще считаю, что особенных перемен в мире не стоит ожидать. Почему люди считают, что коронавирус приведет к каким-то изменениям, я не знаю.

Сравнивать его с испанкой (эпидемия гриппа, поразившая мир в 1918-1919 годах. — Ред.), когда погибли десятки миллионов человек, притом что в начале 20 века население Земли едва превышало миллиард, некорректно. Чума погубила пол-Европы, а коронавирус убил незначительную часть населения, которое, повторюсь, растет такими темпами, что мы этого не почувствуем.

Если вернуться к вашему вопросу, давайте рассмотрим фактологию. В Китае абсолютная слежка уже установлена. Это не секрет, более того, если эта система определит, что вы нарушили закон, она убавит вам очки, и ваш загранпаспорт будет аннулирован.

Идут разговоры о том, что продвинутые технологии будут использованы и в Америке. Вряд ли в странах Евросоюза, я имею в виду Западную Европу, такие вещи будут установлены, потому что там население очень сильно противится не только камерам, но и даже использованию кредитных карточек, поэтому вряд ли это будет в Европе, но в тех странах, где гражданское общество очень инертное, конечно, контроль увеличится.

Можно ожидать это в России, на Украине. В Грузии вряд ли, потому что здесь любая шероховатость вызывает очень сильную реакцию. У нас уже, кстати, это было в последние годы правления Михаила Саакашвили. Было очевидно, что МВД слушает всех в этой стране, поэтому потом эта система была разобрана, и мы очень щепетильно к этому вопросу относимся.

Поэтому в тех странах, где есть предпосылки, тотальный контроль укрепится, а в некоторых странах, как в Китае, это уже данность, а в странах Европы вряд ли. Например, в Германии у канцлера Ангелы Меркель нет никакого желания проводить тотальную слежку.

Интервью было дано платформе Украина.Ру.

Tagged : / / / /

Political Analyst Sikharulidze: Coronavirus Case Shows Who is the Boss in Georgia


Политолог Сихарулидзе: Случай с коронавирусом показал, кто в Грузии босс

За что экс-министр обороны Грузии Ираклий Окруашвили получил тюремный срок и кто побеждает в противостоянии между Грузинской Православной церковью и правительством страны? На эти вопросы в интервью изданию Украина.ру ответил грузинский политолог Арчил Сихарулидзе

Тбилисский суд 13 апреля отправил на пять лет за решетку лидера оппозиционной партии «Победившая Грузия» Ираклия Окруашвили за попытку штурма здания парламента в июне прошлого года. Тогда поводом для беспорядков стало то, что депутат Госдумы Сергей Гаврилов сел в кресло председателя парламента Грузии.

– Арчил, насколько приговор Окруашвили можно считать резонансным для политической жизни Грузии? Означает ли это, что власть пошла в наступление на лидеров оппозиции, пользуясь карантином?

— Начнем с того, что против господина Окруашвили было столько обвинений, что их тяжело сосчитать. Еще во времена Саакашвили он попал в тюрьму, потом бежал… Я думаю, что Окруашвили перешел красную линию, когда 20 июня принимал участие в попытке штурма парламента, поэтому его решили раз и навсегда наказать. И эта оппозиция, о которой вы говорите, сама его арестовывала в свое время. Он эту же оппозицию обвинял в заказных убийствах и разных ужасных вещах.

Наступление на оппозицию могло бы быть, если б арестовали еще кого-нибудь из тех, кто не принимал участия в июньских событиях, но на него откопали бы какой-нибудь компромат. В случае с Окруашвили этого следовало бы ожидать, хотя оппозиция, конечно, заявит, что это мотивированное политическими процессами решение.

–  Можно ли назвать Окруашвили реальным лидером оппозиции и станет ли приговор поводом для обострения ситуации в Грузии?

— Вряд ли следует ожидать серьезной политической реакции. Страна сейчас входит в пик коронавируса, и оппозиция, которой очень хочется протестовать и кричать, оказывается в заложниках ситуации.

Окруашвили лидер оппозиции только на словах. В обществе он пользуется поддержкой лишь около одного процента. Просто этот человек доказал готовность идти на митинги, акции протеста, в отличие от многих других, настоящий революционер. Это человек был вовлечен во все эти процессы, в том числе в грязное отмывание денег. Это всего лишь нужный человек для тех, кто планирует расшатать ситуацию.

Вообще из объединенной оппозиции лишь у трех партий процент поддержки больше пяти процентов, у всех остальных не более одного процента.

– Арчил, как вы думаете, скажется ли этот приговор, учитывая предысторию июньских событий, на потеплении отношений Москвы и Тбилиси?

— На самом деле ничего общего с Москвой это не имеет. Да, оппозиция заявила, что ночь 20 июня была «ночью Гаврилова». Это полная чушь. На самом деле действия правительства вылились в закономерный протест молодежи, который был использован политической оппозицией для штурма парламента. После 22:00 все было незаконно, нападения на полицейских и так далее..

Поэтому люди, которые видят там «руку Москвы», видят ее везде. Сам Окруашвили не раз назывался пророссийским агентом. Сама оппозиция называла его агентом Кремля №1.

Тут надо знать тонкости грузинской политики. У нас каждый человек, когда нужно, агент Кремля. Это решает политическая конъюнктура и определенная ситуация.

Ситуацию между Москвой и Тбилиси это никак не поменяет. Я уже не раз говорил, что мяч находится на поле Кремля. Избрание пророссийских политиков, таких как Нино Бурджанадзе, не поменяет ситуацию. В Грузии уверены, что все сделали для потепления. Сейчас люди ждут шага Москвы, в частности, решения визового вопроса.

– Если говорить о Кавказе в целом, в каких странах наиболее велик протестный потенциал?

— Думаю, он велик во всех странах, но ситуация разная. В Азербайджане протестный потенциал намного мощнее, чем в других странах, потому что там ситуация никуда не двигается. Одна политическая система, которую многие называют коррумпированной, и парламент не отражает настроения и половины населения. Если говорить прямо, то там и нормальное протестное движение строить уже невозможно…

Потом можно вспомнить Армению. Там была «бархатная революция», но Никол Пашинян никаких прорывов, как и следовало ожидать, не добился. Но у него пока есть вотум доверия, пока народ снова не начнет думать, куда нужно идти.

В Грузии тоже есть протестные настроения, но у нас люди добились того, что можно протестовать против чего угодно. В Грузии политические движения лучше видны, для нас это стало святым Граалем, поэтому любая попытка ущемлять эти права протеста вызывает очень сильную реакцию общества. Но в армянском и азербайджанском обществе протестный потенциал выше.

– Арчил, в последнем интервью вы упомянули о конфликте между правительством и Православной церковью Грузии — вокруг соблюдения карантина накануне Пасхи. Удалось ли властям договориться с церковными иерархами?

— Случай с коронавирусом еще раз показал, кто в стране босс. Как ни крути, но церковь оказалась мощнее всех других институтов. Многие считают, что это провал грузинского государства. На самом деле нет. На протяжении тысячелетий церковь стоит во главе борьбы за грузинскую историю. С 326 года церковь является очень важным институтом в Грузии. Поэтому ничего странного в этом нет.

И наше правительство, осознавая это, не желает идти против церкви, когда на носу выборы. Любое другое правительство, давайте быть честными, в этой ситуации повело бы себя так же.

Договориться они не сумели, несмотря на призывы (предстоятеля Грузинской Православной Церкви. — Ред.) патриарха Илии II не идти в церковь. К сожалению, из-за своего возраста он не контролирует ситуацию. Уже идет дискуссия, чтобы поменять патриарха, потому что он уже не может утихомирить священнослужителей, которые ведут автономную политику.

Церковь побеждает уже потому, что не обращает внимания на запреты. Накануне, например, было Вербное воскресенье. Люди собрались в церкви, и по закону их надо было оштрафовать, но представители МВД закрыли на это глаза.

Впереди Пасха, думаю, количество людей в церквях будет не таким большим, но сложно ожидать, что церковь подчинится закону. Люди доверяют церкви, потому что понимают, что даже если в стране будет разруха, этот институт никуда не уйдет, в отличие от партий и правительства.

Интервью было опубликовано на порталу Украина.Ру.

Tagged : / / /

Political Analyst Sikharulidze on Coronavirus: Caucasian Countries are Used to Challenging Crisis


Политолог Сихарулидзе о коронавирусе: Кавказские страны привыкли к сложнейшим кризисам

Почему государства Кавказа проявили удивительную жизнестойкость в эпоху пандемии и что изменится в мире, когда человечество победит коронавирус? Об этом в интервью изданию Украина.ру рассказал грузинский политолог, основатель SIKHA foundation Арчил Сихарулидзе

– Арчил, какова сейчас обстановка в Грузии вокруг эпидемии коронавируса?

— Хотя надо отдать должное нашему правительству, которое предприняло очень эффективные шаги, сегодня (4 апреля. — Ред.) скончалась женщина 79 лет. К сожалению, ее не смогли спасти, потому что наряду с коронавирусом у нее были тяжелейшие заболевания, связанные с возрастом. После этого премьер-министр заявил, что условия борьбы с коронавирусом ужесточатся.

Несмотря на то, что в Грузии жесткий карантин и действует комендантский час с 21:00 до 6:00, многие люди все равно нарушают этот режим и не осознают важность того, что называется социальным дистанцированием.

– Какая ситуация сложилась в экономике, ведь очевидно, что пострадала традиционная отрасль — туризм?

— Да, ситуация очень сложная, но это только начало.  Дело в том, что главный туристический сезон впереди — это июнь, июль, август и сентябрь. Исходя из того, что мы видим, стоит ожидать, что Грузия с коронавирусом разберется к концу мая. За эти месяцы у нас выявили всего 156 заболевших, и мы только сейчас вошли в пик.

Многие думают, что к концу мая ситуация в стране более или менее придет в порядок, но из-за того, что коронавирус только начинается в России и других странах, ожидать, что большое количество туристов приедет в страну, не стоит.

По предварительным оценкам, грузинский бюджет недополучит из-за этого около трех миллиардов долларов. И грузинское правительство уже приняло решение влить в экономику страны 560 миллионов долларов. Но уже сейчас весь бизнес, который не работает онлайн, остановлен. Единственное, что могут делать люди, — это таксовать и заниматься онлайн-продажами.

Но онлайн-продажи в Грузии — это, на самом деле, минимальная часть нашего бизнеса.

– Давайте поговорим о внутриполитической ситуации. Что можно сказать о протестном потенциале в обществе? Он повысился или, наоборот, снизился?

— Нет, оппозиция, наоборот, оказалась сконфуженной. Потому что, с одной стороны, правительство хорошо справляется со своим делом, с другой — люди, которые недовольны правительством в общем и хотели бы протестовать, не могут выйти на улицу.

А из-за того, что правительство хорошо справляется, оно еще и проводит предвыборную кампанию, и довольно успешную. Потому что показывает, как ни странно  для многих, в том числе и для меня, что может проводить хороший кризисный менеджмент и справляться с вызовами, к которым многие европейские страны были не готовы. Поэтому сейчас в стране все очень спокойно и тихо.

Однако нужно упомянуть о том, что из-за введения довольно строгих мер правительство оказалось в противоборстве с нашей Грузинской церковью. 17 апреля у нас будут отмечать Пасху, один из самых святых праздников в Грузинской православной церкви, которая собирается его провести. И до этого лидеры церкви отказывались следовать принципу социального дистанцирования и вступили в прямую конфронтацию с правительством.

Правительство, конечно же, осознало, что церковь — это очень большая сила, политический помощник. Власть может использовать церковь, чтобы получить дополнительные голоса. Правительство оказалось в сложном положении, так как, с одной стороны, оно не хочет испортить отношения с церковью, а с другой — вынуждено принимать эти меры.

Но, исходя из того, что у нас уже есть первая скончавшаяся, глава правительства Георгий Гахария уже очень четко заявил всему миру, что будет следить за этим праздником по телевизору.

Обычно, по традиции, все правительство находится в храме, но в этот раз церкви прямо указали, что проводить ритуал можно, но участвовать в нем могут только священнослужители и прихожан в церкви быть не должно.

– Арчил, ваш прогноз, каким станет Кавказ, когда пандемия сойдет на нет?

— На самом деле, я не могу сказать, как изменится Кавказ. По сути, по Кавказу удар был минимальный. Посмотрите, на Северном Кавказе особых вспышек эпидемии не было. На Южном Кавказе — количество погибших и зараженных минимальное. Наши страны лучше среагировали, и причиной этого является наш опыт. Как ни крути, но кавказские страны привыкли к сложнейшим кризисам, не только к социальным.

Насколько глобальными будут перемены и насколько они будут влиять на локальные перемены — вот это уже другое дело. На самом деле, я не алармист и не считаю, что нас ждет новая реальность. Потому что, по сути, нашу реальность формируют сверхдержавы: такие как Америка, Китай и Россия и как Европейский союз.

Пока что ни Россия, ни США, ни Китай не оказались в ситуации, когда можно будет говорить, что расстановка сил изменится. Да, ЕС в особенно тяжелом состоянии, но я не думаю, что это повлияет на ситуацию.

Однако я думаю, что на идеологическом уровне будет еще больше дискуссий о том, что миру нужна организация, которая будет отвечать на пандемии, и все больше и больше государств будут задумываться о том, что им нужно будет здравоохранение правительства как механизм борьбы с глобальными проблемами.

В капиталистических странах все шло к тому, что все должно приватизироваться и становиться частным. Приведу в пример Грузию. Даже те люди, которые заявляют, что государство должно уйти отовсюду, даже они сейчас заявляют, что государство должно быть. Потому что частный сектор, к сожалению, оказался неспособен реагировать на такие вещи, особенно учитывая социальную ответственность. Вот это точно изменится.

Интервью было дано порталу Украина.Ру.

Tagged : / / /
RussiaUSAGeorgia