Ученые назвали причины радикализации молодежи Южного Кавказа

Рустам Джалилов

Молодые мусульмане Грузии уезжают воевать в Сирию и Ирак из-за социальной несправедливости и религиозных стереотипов, рассказали 22 марта участники форума «Молодежь против экстремизма и радикализма». Выступление докладчика из Азербайджана было прервано перепалкой с армянским журналистом.

В Сирии и Ираке на стороне «Исламского государства» (организация признана террористической, ее деятельность на территории России запрещена судом) и других джихадистских группировок воюют боевики с Северного и Южного Кавказа. С мая 2013 года военное руководство исламистов ИГ* было доверено уроженцу Панкисского ущелья Абу Умару аш-Шишани. О его смерти 3 июля 2016 года заявило новостное агентство «Исламского государства»*. По данным информационного центра Кахетии, в Сирии в боевых действиях погибли также не менее 10 граждан Грузии, все они были выходцами из Панкисского ущелья, говорится в опубликованном на «Кавказском узле» материале «Выходцы с Кавказа в рядах ИГ (ИГИЛ)*»

22 марта в Москве на площадке Российского государственного гуманитарного университета состоялся «Форум молодых лидеров Евразии. «Молодежь против экстремизма и радикализма», организованный политологическим центром «Север-Юг». На форуме был рассмотрен опыт противодействия экстремизму в молодежной среде ряда стран постсоветского пространства, в том числе на Южном Кавказе, сообщает корреспондент «Кавказского узла», посетивший мероприятие.

По его данным, проблемы Северного Кавказа «на полях» форума практически не затрагивались, однако довольно подробно была обрисована ситуация в Грузии. В частности, с докладом «Вопросы религиозного экстремизма в Грузии» выступил директор Института изучения Ближнего Востока и Кавказа из Тбилиси Василий Папава.

Папава: салафиты не выступают против властей Грузии

Религиозной радикализации в Грузии «способствовала война в Чечне, а затем события в Сирии и создание ИГ*, пояснил в своем выступлении директор Института изучения Ближнего Востока и Кавказа из Тбилиси Василий Папава.

При этом он напомнил, что мусульмане Грузии являются меньшинством, в отличие от российских Чечни или Дагестана. «По данным 2017 года, в Грузии мусульман 400 тысяч человек, что составляет 10,7%. Живут они в основном в Панкиси (кистинцы), в Квемо-Картли (этнические азербайджанцы) и в Аджарии (грузины-мусульмане)», — рассказал он.

По словам Папавы, среди мусульман особняком стоит контингент грузинских салафитов, который состоит в основном из молодых людей, которые начиная с 1990-х годов получали богословское образование в Саудовской Аравии и других арабских странах. «Становятся салафитами в основном выходцы из бедных семей. В целом эта группа — немногочисленна. У грузинских салафитов отсутствует политическая составляющая, и они не выступают против политических порядков в Грузии, являясь относительно лояльными», — подчеркнул Папава.

Он озвучил также примерное число граждан Грузии, участвовавших в боях на стороне ИГ*. «Их около 150 человек, 30 из них погибли. 70% составляют кистинцы из Панкиси, остальные — грузины-мусульмане, и лишь один человек этнический азербайджанец — гражданин Грузии», — привёл политолог собранные им данные.

Среди мотивов, подвигнувших молодых граждан Грузии к отъезду в Сирию и Ирак, Папава назвал социальные барьеры на родине и поиск справедливого устройства общества.

В Грузии права человека противопоставлены безопасности государства

В Грузии существует противоречие между соблюдением прав человека и безопасностью государства, а также противостояние общественных организаций и силовых структур, отметил в своем докладе сооснователь и директор Центра системных политических исследований, преподаватель факультета политологии Тбилисского государственного университета Арчил Сихарулидзе.

По его мнению, в грузинском обществе и истеблишменте существует группа, которая считает, что вопросы безопасности должны уйти на второй план, если речь идёт о соблюдении прав человека. «Иногда они даже отрицают саму проблему безопасности для Грузии. Группа представлена в основном многочисленными грузинскими неправительственными организациями, которые хорошо финансируются и имеют значительное влияние», — пояснил он.

Еще одна группа, существующая в грузинском обществе, полагает, что безопасность стоит выше прав человека, отметил политолог. «Это в большинстве своём представители силовых структур Грузии. При этом правительство Грузии старается занимать нейтральную позицию», — считает Сихарулидзе.

В качестве примера он привёл историю с Ахмедом Чатаевым, сообщает корреспондент «Кавказского узла».

Ахмед Чатаев, этнический чеченец с 2003 года разыскивался правоохранительными органами России. В августе 2012 года он был задержан в ущелье Лопота, где МВД Грузии проводило спецоперацию. Ему инкриминировалось незаконное хранение взрывного устройства. В январе 2013 года Тбилисский городской суд оправдал Ахмеда Чатаева. А.Чатаева считают причастным к организации теракта в международном терминале стамбульского аэропорта Ататюрка, который произошел 28 июня 2016 года. В ноябре 2017 года при спецоперации в Тбилиси Ахмед Чатаев был убит силовиками. О спецоперации в Тбилиси можно прочитать в справке «Кавказского узла» «Франшиза террора по-кавказски: чеченцы устроили бой в Тбилиси».

«Когда он находился в розыске в России, он жил в Грузии, в Панкисском ущелье. Его не трогали. И лишь после того как оказалось, что Чатаев замешан в теракте в Турции, грузинские спецподразделения впервые в истории вынуждены были провести боевую операцию в центре столицы страны. А ведь они могли его спокойно взять до всяких терактов», — рассказал он.

Другой пример — убийство молодого кистинца Темирлана Мачаликашвили в Панкиси, рассказал Сихарулидзе.

«Неправительственные организации они заявили о религиозной и этнической подоплёке события. Что, мол, убили его за то, что он кистинец, мусульманин. В то же время МВД считает почти доказанным связь убитого с террористической группировкой. НПО подают документы в суд на действия МВД, которые они считают в любом случае необоснованными. Тем более, что молодому человеку не была оказана вовремя необходимая медицинская помощь», — указал Сихарулидзе.

19-летний Темирлан Мачаликашвили был тяжело ранен в голову при спецоперации в Панкисском ущелье 26 декабря 2017 года и скончался в больнице. По версии СГБ Грузии, Мачаликашвили попытался бросить в силовиков гранату, поэтому спецназовцы выстрелили в него. Родственники опровергли эту версию, а прокуратура начала следствие по делу о превышении силовиками полномочий.

«В Панкиси проблемы появились после притока чеченских беженцев в 1990-2000-е годы. До этого кистинцы уже были интегрированы (в грузинское общество. — Прим. «Кавказского узла»), но выходцы из Чечни, которые осели в Панкиси, способствовали тому, что кистинцы стали иначе воспринимать свою идентичность», — пояснил корреспонденту «Кавказского узла» Сихарулидзе

При этом, по его словам, определенное соперничество силовых структур и гражданского общества за влияние делает невозможным одномерную оценку в Грузии, в частности, мусульман. «Заявления типа «мусульмане — все террористы» или «от салафитов все беды» совершенно неприемлемы в грузинских медиа», — считает Сихарулидзе.

Когда говорят о религиозном экстремизме, в Грузии имеют в виду не только «исламский радикализм», отметил политолог.

«НПО бьют тревогу по поводу агрессивного православного прозелитизма (стремление обратить других в свою веру. — Прим. «Кавказского узла») в Аджарии. Грузины-мусульмане Аджарии «не на хорошем счету» у людей, традиционно выступающих против турецкого влияния в стране, их даже отказываются признавать грузинами, именуя «татари». Такое же отношение отчасти и у тех же правоохранительных органов», — подчеркнул Сихарулидзе.

«Существует стереотип, что грузин должен быть православным. Аджарцы-мусульмане считают несправедливым такое отношение к себе», — пояснил политолог.

В 2014 году жители Кобулети в Аджарии повесили свиную голову на здание, в котором гражданин Турции планировал открыть медресе. Мусульманская община подала в Батумский городской суд жалобу на дискриминацию со стороны православных. В июле 2015 года в городе прошли митинга против деятельности мусульманского пансионата. Молельня в Батуми была открыта только в мае 2017 года. Мусульманки Аджарии подвергаются дискриминации в школах, не получают высшего образования, не могут устроиться на работу, заявили авторы исследования, проведенного в четырех районах Аджарии.

«Угрозы от кистинцев, даже находившихся в ИГИЛ*, в адрес Грузии ни разу публично не звучали. Но пару лет назад именно аджарцы выступили с угрозой грузинскому государству в видеообращении», — пояснил Сихарулидзе.

Видеообращение приверженцев радикального ислама на грузинском языке с русскими субтитрами было опубликовано в социальных сетях, сообщил в ноябре 2015 года RTVI, сюжет которого об угрозах радикалов, был размещен на YouTube.

По данным телеканала, видеообращение записали четверо молодых людей, один из которых озвучил угрозы в адрес немусульман в Грузии.

Выступление представителя Азербайджана прерывалось скандалом

Выступление директора НИЛ Россиеведения Азербайджанского университета языков, профессора Мамеда Алиева по теме «Религиозная толерантность и мультикультурализм в современном Азербайджане» было прервано перепалкой с армянским журналистом, сообщает корреспондент «Кавказского узла».

Мамедов в своем выступлении заявил, что после распада СССР сформировалось демократическое азербайджанское государство, и что процесс строительства толерантного общества был связан с национальным лидером Гейдаром Алиевым. Однако как только азербайджанский профессор заявил, что ныне 20% территории страны оккупировано и имеется более 1 миллионов вынужденных переселенцев, в полемику с ним вступил журналист из Армении Айк Халатян.

«Какие 20%? И почему не сказали, что 400 тысяч из миллиона это армяне», — прокричал он.

Модератор, журналист МИА «Россия сегодня» Радик Амиров, пресек дискуссию, предложив задавать вопросы по теме, сообщает корреспондент «Кавказского узла».

«Есть уехавшие из Азербайджана в Сирию граждане», — рассказал корреспонденту «Кавказского узла» Мамед Алиев, при этом он отметил, что таких людей мало.

«Уехавшие есть. Но их ничтожно мало. Хотя точных цифр у меня нет», — пояснил профессор.

Ранее заместитель председателя Госкомитета Азербайджана по работе с религиозными структурами Сиявуш Гейдаров заявил, что «имеется информация о 300 погибших азербайджанцах в составе радикальных религиозных группировок в Сирии и Ираке». Кроме того, Гейдаров отметил, что есть информация о нахождении в Сирии и Ираке более 300 азербайджанских детей и женщин, «также подвергшихся влиянию радикальных группировок».

Общим чертам вербовки в террористические структуры на евразийском пространстве был посвящен доклад старшего инспектора Антитеррористического центра стран СНГ Геворга Минасяна.

«Исследования аналитиков антитеррористического центра СНГ показывают, что средний возраст террористов 27-28 лет. Возраст террористов-смертников от 18 до 27 лет. При этом существует тенденции к снижению возрастных показателей», — сообщил он.

Новости и статьи о влиянии ближневосточной войны на ситуацию в регионах Кавказа отслеживаются на тематических страницах «Сирия в огне» и «Кавказ под прицелом халифата».

* «Исламское государство» (ИГ, ранее — ИГИЛ) признано террористической организацией и запрещено в России решением суда.

Комментарий был в первые опубликован на сайте Кавказского Узла. Оригинал текста доступен по ссылке.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *