Кризис «грузинской мысли»

Еще недавно Грузия была одним из любимых направлений у российских туристов, готовых сутками ждать в очереди у пограничного пункта в Верхнем Ларсе ради недорогого, но качественного отдыха в когда-то братской республике. Казалось, саперави и чучхела, древние храмы и теплое море, вкупе с традиционным грузинским гостеприимством и дружелюбием растопили лед взаимного отчуждения, возникшего после тяжелых конфликтов постсоветского периода. Казалось, народная дипломатия сделает то, что было не по плечу профессиональным дипломатам и политикам. Однако в конце июня Грузию потряс новый кризис, рассеявший иллюзии и показавший, что не все так просто у наших соседей.

О том, что происходит сегодня в Грузии нам согласился рассказать грузинский ученый, политолог Арчил Сихарулидзе.

Его исследования отличаются глубиной и непредвзятостью. Этот материал он подготовил специально для «Дня республики». Что называется, информация из первых рук. Уверены, что эта статья натолкнет вдумчивого читателя к серьезным размышлениям. Поэтому приглашаем вас к диалогу. Пишите письма, подключайтесь к обсуждению на нашем сайте и аккаунте газеты в Facebook. В общем, не будьте равнодушными.

В двух словах

20 июня в здании Парламента Грузии состоялось пленарное заседание Межпарламентской ассамблеи православия (МАП). Председательствовал на заседании глава российской делегации, член КПРФ Сергей Гаврилов. Выступление представителя России с места спикера парламента вызвало бурную реакцию со стороны политической оппозиции и части населения, которые воспринимают северного соседа как «страну-оккупанта» . Представитель Госдумы был вынужден под патронажем правоохранительных органов срочно покинуть страну, а в Тбилиси оппозиционные политические силы и просто негодующие граждане собрались у здания парламента, чтобы призвать действующую власть к ответу и осудить внешнюю политику Кремля. Вечером того же дня, часть митингующих попыталась захватить здание Парламента силой и схлестнулась с представителями силовых ведомств. Несколько десятков человек пострадали, включая силовиков. Кто-то частично или полностью потерял зрение после попадания пластиковой пули. Именно поэтому символом митингующих стала повязка на глазу, обозначающая жертву, принесённую в ходе «мирного» протеста, а надпись «20% оккупировано» напоминала об Абхазии и Южной Осетии, де-факто находящихся вне юрисдикции Грузии.

В результате протестных выступлений спикер парламента Ираклий Кобахидзе был вынужден уйти со своего поста. Правящая партия «Грузинская Мечта» удовлетворила требования митингующих, отпустив всех задержанных и согласившись на введение пропорциональных выборов с 2020 года.

Впрочем, министр МВД Гиоргия Гахария, не смотря на настойчивое желание оппозиции отправить его в отставку, остался сидеть в своем кресле.

Вся эта ситуация получила название «кризис Гаврилова».

Сегодня можно уже с уверенностью заявить, что пик протестного настроения прошёл и в скором будущем страна вернётся в нормальное русло.

На этом фоне, есть возможность, отбросив политическую и эмоциональную составляющие, разложить произошедшие в стране события по полочкам. Задаться важными вопросами, которые приведут, скорее всего, к неоднозначным ответам. Будем объективны и признаем, что мирный митинг в Тбилиси был отнюдь не всегда мирным, политическая оппозиция пыталась использовать кризис в своих целях, используя противозаконные способы. Правительство было вынуждено защищаться, но при этом также допустило серьезные ошибки. А то, что прозвали «кризисом Гаврилова», на самом деле является фундаментальным кризисом «грузинской мысли», который нельзя преодолеть простой сменой режима и выкрикивая на митингах милые сердцу патриота лозунги. Визит представителя Госдумы оказался лишь поводом, реакция на который обнажила сгусток противоречий внутри грузинского социума.

Позиция оппозиции: «Кризис Гаврилова»

Грузинское общество часто руководствуется эмоциями и национал-патриотическими лозунгами, не принимая во внимание прагматические доводы и реально существующее положение дел. Сегодняшнее восприятие процессов в стране наглядное тому подтверждение.

Собственно, само выражение «кризис Гаврилова» родилось в лагере митингующих и их сторонников. Произошедшие события они интерпретировали следующим образом. Пророссийское правительство под руководством Бидзины Иванишвили, по их мнению, целенаправленно пригласило Сергея Гаврилова в страну и специально усадило его в кресло спикера парламента, чтобы оскорбить грузинское общество, «заставить его свыкнуться с оккупацией» и «отдать страну на растерзание Кремлю». Оппозиционные политические силы, и примкнувшие к ним активисты, а также просто возмущённые граждане воспротивились этому. Они попытались прогнать российского депутата из страны, но полиция его защитила, после этого протестующие пришли к зданию парламента. Здесь полицейские по указанию Правительства «Грузинской Мечты» напали на в общем мирных граждан и провели карательную операцию, в результате которой пострадали невинные люди. Не раз высказывалось мнение, что грузинская власть избила людей именно из-за Гаврилова, т.е. защитила русского, наказав собственный народ. Исходя из этой логики, митингующие требуют «справедливого» расследования, наказания всех участников разгона митинга со стороны правоохранительных органов, включая высокопоставленных лиц и, в первую очередь, министра внутренних дел. Протестующие уже добились от правительства освобождения всех арестованных в ходе операции, а также внедрения пропорциональной системы на парламентских выборах 2020 года надеясь, что, перетасовав законодательный орган, можно будет усилить свои позиции. Тем не менее, эти уступки митингующие и оппозиция считает недостаточными, поскольку правящая элита не желает отправлять министра внутренних дел в отставку и занимается, по их мнению, преследованием политических и гражданских оппонентов. Не смотря на то, что протестующие нарушали закон, всю вину за произошедшие события они возлагают исключительно на правящую партию.

Что же произошло на самом деле?

Спору нет, правительство несет ответственность за все, происходящее в стране. «Грузинская Мечта» изначально допустила две грубейшие ошибки: когда разрешила провести заседание МАП в здании законодательного органа и когда не перепроверила протокол пленарного заседания. Учитывая настроения, царящие в грузинском обществе, реакция была вполне предсказуема. Отбросив в сторону теории заговора с участием грузинского олигарха Иванишвили и его тайных связей с Путиным, можно открыто сказать, что это был серьезный политический просчет, за который правящая элита должна была ответить и уже поплатилась.

Однако, последовавшие далее события трудно понять, исходя из однобокого восприятия реальности, которое предлагают авторы концепта под названием «кризис Гаврилова». Безусловно, для этого требуется более широкий подход. Поэтому давайте разбираться по порядку.

20 июня перед зданием парламента собрались несколько тысяч человек, среди которых были парламентская оппозиция и её активисты, а также обыкновенные граждане, недовольные «наглостью» Гаврилова. Основным требованием было отставка спикера парламента Ираклия Кобахидзе. Однако, правящая партия не обратила на этот ультиматум внимание, вызвав ещё большее негодование. Политическая оппозиция, в лице «Единого Национального Движения» (партия Михаила Саакашвили) и «Европейской Грузии» (откололась от ЕНД), встала во главе процессов и попыталась воспользоваться напряжённостью для форсирования политических процессов, косвенно призывая протестующих к радикальным мерам.

Надеясь подтолкнуть людей в нужном направлении, лидер ЕНД, Ника Мелия призвал митингующих войти в здание парламента, то есть, по сути, ворваться в законодательный орган силой. Мирный протест перерос в попытку штурма Парламента и произошло прямое столкновение между правящей партией и политической оппозицией, жертвами которой стали ни в чём не повинные люди. Несколько десятков человек атаковали охрану Парламента и находившихся на периметре представителей силовых органов. На протяжении нескольких часов они пытались прорвать заградительный кордон и не подчинялись приказам отступить.

На момент начала операции по разгону митинга, протест уже вышел за рамки допустимого мирного формата и принял открыто антиконституционный характер. Так что, по грузинскому законодательству, правительство имело все основания для проведения мероприятий по восстановлению порядка. Представители правоохранительных органов применили слезоточивый газ, пластиковые пули и другие спецсредства. Часть протестующих покинула площадь, оставшиеся продолжали активно сопротивляться. Форма, тактика и стратегия разгона митинга указывает на то, что целью полицейской операции было не наказание, а пресечение незаконных действий. Однако, нужно признать, что некоторые представители силовых органов превышали свои полномочия и целенаправленно наносили увечья людям. Очистив площадь перед парламентом, сотрудники полиции начали проводить аресты участников митинга. При этом были зафиксированы факты нарушения полицейскими прав человека, в том числе, были случаи избиения задерживаемых.

Почему это произошло?

Многие рассуждают о том, почему Правительство «Грузинской Мечты» не позволило протестующим войти в здание Парламента? Зачем было нужно разгонять митинг? И почему оно до сих пор цепляется за министра внутренних дел, Гиоргия Гахария?

Ответы на эти вопросы довольно-таки простые.

В цивилизованном государстве существуют правила смены власти и определены приемлемые способы борьбы с ней. После так называемой «Революции роз», грузинское общество осознало, что нападение на государственные институты является недопустимой формой поведения и вверило соответствующие механизмы борьбы с такими антиконституционными поступками правительству, в частности, министерству внутренних дел и министерству обороны. Вообще, монополия на силу – это важное условие существования любого государства, залог его стабильности. Посягательство на эту монополию приводит страну к внутригражданской междоусобице, а правительство перестаёт быть гарантом безопасности. Грузия – это парламентская республика. Поэтому, когда митингующие атаковали здание Парламента, они напали на сердце грузинской государственности, его символ. Штурм этого символа означал прямое нарушение всеобщего общественного консенсуса о формах ведения политической борьбы и посягал на монополию власти на применение силы. По сути, эти люди заявили грузинскому обществу, что они не признают конституцию и оспаривают легитимность действующей власти.

Эти действия еще можно было бы оправдать, если бы было действительно массовое недовольство властью или результаты выборов вызывали сомнения у грузинской и международной общественности. Однако, ни по-настоящему массовых протестов, ни обоснованных претензий к находящейся у власти «Грузинской Мечте» не было. Поэтому Правительство оказалось перед выбором: либо позволить протестующим взять силой здание Парламента и тем самым дать повод сомневаться в способности власти управлять ситуацией, защищать себя и обеспечивать общественную безопасность или же дать отпор радикалам и напомнить всем о законе и обязанности каждого гражданина следовать ему.

Учитывая не спелость грузинский демократии, её юношеский задор, природу самого протеста, мотивы политической оппозиции и, конечно же, возможность появления опасного прецедента, правящая сила предприняла шаг, который, скорее всего, сделал бы любой на её месте. В конце концов, во время постреволюционного правления Михаила Саакашвили, митинги разгоняли и не за такое. Это, конечно, не оправдывает использование непропорциональной силы против митингующих, тем более, нельзя оправдать целенаправленные попытки некоторых представителей правоохранительных органов нанести гражданским лицам физические увечья. Но, в целом, это понятная политическая логика, которая эффективно работает в абсолютном большинстве демократических государств.

О ситуации с министром внутренних дел и требованием его отставки нужно сказать отдельно. Во-первых, парламентская оппозиция уже давно призывает снять Гиоргия Гахария с должности. Это было не в первый раз и связано с тем, что, несмотря на все его непопулярные решения, он продолжает оставаться довольно-таки популярной политической фигурой. Многие уважают министра за готовность «отвечать» за свои поступки и, в случае надобности, лично решать сложные вопросы. Не секрет, что кандидатуру Гахария уже давно рассматривают на пост Премьер-министра. По этой причине, парламентская оппозиция очень желает вывести из строя этого сильного игрока, а «Грузинская Мечта», осознавая это, не хочет жертвовать такой фигурой, поскольку в рядах правящей партии сильный кадровый кризис. Кроме того, убрав его, правящая сила может послать неправильный сигнал не только своим избирателям, но и оппонентам. Электорат будет рассматривать такой шаг, как капитуляцию, а недруги, как косвенное признание правительством своей неправоты в решении разогнать митинг. По этим причинам «Грузинская Мечта» не хочет и не может удовлетворить требование митингующих.

Нельзя, конечно, упускать из виду и идейную составляющую деятельности оппонентов правящей партии в Грузии. Размышляя над этим, можно прийти к простому и, в тоже время, довольно-таки печальному выводу: существующая политическая оппозиция просто исчерпала себя и не способна предложить что-то конструктивное. Что-то, что может привлечь электорат и возродить интерес к ней, вновь мобилизовать остатки постреволюционного истеблишмента. Ведь, по сути, основные оппозиционные группы — «Единое Национальное Движение» и «Европейская Грузия», – это два осколка одной политической и идеологической силы, которая заправляла страной в постреволюционный период. В своё время этой силой были допущены настолько серьезные ошибки, что единственная возможность для них вновь вернуться к браздам правления – сделать своих оппонентов более непопулярными, нежели они сами. Поэтому представители нынешней оппозиции открыто строят свою политику, основываясь на принципе «цель оправдывает средства». Всеми возможными путями они провоцируют оппонентов из «Грузинской Мечты» на просчеты и ошибки, и дело даже не в числе, а в качестве этих ошибок. Скорее всего, именно поэтому Ника Мелия открыто призвал митингующих захватить Парламент. Он хорошо понимал, что штурм неизбежно приведёт к столкновению с представителями силовых органов, а на такой вид насилия у грузинского общества, исходя из исторического опыта, сильная негативная реакция. Поднявшаяся волна протестов могла вновь забросить политика и его коллег на политическую вершину. Однако, парламентская оппозиция ввела себя в заблуждение, когда решила, что штурм Парламента мог быть поддержан большей частью грузинского населения и, тем более, представителями западных государств. Следует, наконец, осознать, что эпоха революций в стране уже давно закончилась и возвращать её в политический оборот губительно для государства.

«Поколение Фейсбука»

После событий 20 июня в рядах протестующих произошла своеобразная зачистка и известные политические фигуры были отодвинуты в сторону. Их заменили представители молодого поколения, которые на протяжении уже нескольких дней протестуют, выступая против оккупации грузинских территорий и призывая отправить в отставку министра внутренних дел. Многие местные и международные обозреватели уже заговорили о новой политической силе, «поколении Фейсбука», которое изменит грузинскую реальность. Однако, пока что это поколение лишь доказывает существование другой, горькой реальности – мы являемся очевидцами глубокого государственного и национального кризиса, связанного с отсутствием целостного видения будущего. «Грузинская мысль» страдает от отсутствия новых идей, креативности и альтернативных идеологических институтов.

Местный электорат зажат меж двух зол: стагнирующей властью и абсолютно блеклой оппозицией, что, по сути, обесценивает выборы и подталкивает людей к нигилизму, а молодое поколение, время от времени, — к вспышкам протестных настроений. Но даже эта молодёжь не имеет какой-либо внятной политической повестки, кроме пустых лозунгов о демократическом развитии, интеграции в западные институты и призывов бороться с «российской оккупацией». Все вышеперечисленное уже и так является темой для дискуссий и дебатов, которые идут не одно десятилетие. Главная проблема – это непонимание людей, как добиться желаемого и того, кто сможет повести общество в нужном направлении. «Поколение Фейсбука» доказало, что может устраивать красочные митинги, но может ли оно трансформировать все это в качественный альтернативный политический проект — очень сомнительно.

Также, есть серьёзные проблемы с такой важной составляющей гражданского общества, как ответственность. С момента распада Советского Союза, грузинское общество не раз вело себя с политической точки зрения безответственно. Культура гражданского поведения до сих пор является настоящей головной болью, а ведь без нее строительство стабильного и демократического общества просто невозможно. К сожалению, митинг 20 июня ещё раз доказал, что готовность нести бремя ответственности за сказанное и содеянное – это большая редкость не только среди людей старого, но и нового поколения. Именно поэтому митингующие автоматически свалили всю вину за произошедшее на правительство и всеми силами отрицают свою долю вины. Получается, что эти люди, стремящиеся к власти, считают допустимым безнаказанное инициирование деструктивных и антиконституционных процессов, нападение на представителей правоохранительных органов и государственные институты. Такое политическое поведение не допустимо, особенно в стране, где именно такая безответственность не раз приводила к политическим катастрофам.

Нельзя упускать из виду и то, что «поколение Фейсбука», находясь, казалось бы, в глобальном мире Интернета, на самом деле существует в замкнутом самодостаточном пространстве. Для этого феномена социологами уже найден хороший термин – глокализация, объединившего два казалось бы разнородных понятия — глобальность и локальность. Люди, объединённые в социальных сетях по каким-либо идеологическим признакам, искренне верят в то, что их движение поддерживается всем обществом. Однако, в этом и есть самообман, иллюзия. В фейсбучные группы объединяются единомышленники, чужаков здесь не терпят, а потому нет инакомыслия и, как следствие, – дискуссии. Поэтому «поколение Фейсбука» — это отнюдь не все грузинское общество. Безусловно, общий настрои значительной части местного населения – пессимизм, нигилизм, ярость. Но во всем остальном единства нет, люди видят в протестующей молодежи, скорее всего, юношеский задор, нежели способность к серьезной политической деятельности. Поэтому мы можем с уверенностью предположить, что лучшее, что может сделать сегодня «поколение Фейсбука», да и, в целом, все грузинское общество – остановиться, задуматься о существующей реальности и, опираясь на общие ценности, начать внутренний диалог; пошагово выйти из кризиса, придерживаясь установленных норм и правил, а решившись менять их, то демократическими методами.

Статья была подготовлена и опубликована Общественно-политической газетой Карачаево-Черкесии «День Республики«.

Кремлевские грабли. Санкционная политика России может привести к утрате остатков культурного влияния в Грузии

20 июня в Грузии состоялось пленарное заседание Межпарламентской ассамблеи православия (МАП), председательство которого взял на себя глава российской делегации, член коммунистической партии Сергей Гаврилов. Выступление с поста спикера парламента представителя «страны-оккупанта» на русском языке вызвало политический скандал и бурную реакцию грузинского общества. Люди вышли на улицу с требованием отставки спикера парламента и выдворения Гаврилова. Массовый протест перед зданием парламента принял антиконституционную форму, когда некоторые его участники, включая оппозицию, попытались взять здание силой, что привело к жестким столкновениям с полицией. Спикер парламента Грузии был вынужден уйти с поста, власти извинились за инцидент с МАП, а также удовлетворили требование протестующих о вводе пропорциональной избирательной системы.

На фоне агрессивных антироссийских, антипутинских лозунгов у многих сложилось впечатление, что причиной массовых протестов был визит Сергея Гаврилова и желание грузинского общества опротестовать оккупацию. В этом есть доля правды, однако существуют серьезные основания считать, что за национал-патриотическими высказываниями стоит более фундаментальная проблема грузинской политической системы. Если бы ее можно было выразить одним словом, то это — безальтернативность. Грузия страдает из-за невозможности выбрать новый путь государственного развития. В этом контексте «российский вопрос» — лишь один из катализаторов, но точно не главная движущая сила нынешних протестных настроений.

Наследники революции против стагнирующей власти

После мирной передачи власти постреволюционным правительством Михаила Саакашвили многие надеялись, что политическая культура будет развиваться, выборы приобретут значение, а новое руководство страны начнет учитывать мнение народа. Некоторые изменения, конечно, происходят, но очень медленно. Стагнация происходит из-за того, что и в правящей партии, и в оппозиции находятся люди, которые не могли и не могут предложить стране нового пути. Все успешные изменения стали достижением революционного правительства в первые годы правления.

Постепенно креативность политического истеблишмента сошла на нет. У политиков отсутствуют не только идеи, но и воля — правящая элита не готова оставить институты влияния и привычные коррупционные схемы. К примеру, долгожданная судебная реформа так и не была доведена до ума, а на выборах до сих пор подкупают избирателей и осуществляется давление на конкурентов. В сочетании с отсутствием у правительства четкой информационной политики и готовности к быстрым перестановкам все это стало причиной растущего недовольства, особенно среди молодых грузин. Они хотят перемен и для этого идут на выборы, но ничего не выходит. Голосовать практически не за кого — оппозиция олицетворяет собой нежелательное прошлое, правящая группа — настоящее, а грузинское общество пока что не способно сформировать альтернативные центры притяжения. В итоге приходится голосовать за тех, кто им меньше неприятен, и в этом соревновании «Грузинская мечта» — все еще победитель.

Оппозиция, в свою очередь, представляет из себя маргинализированные остатки постреволюционного правительства. Осознавая это, антиправительственные силы в лице «Единого национального движения» и «Европейской Грузии» делают все, чтобы подтолкнуть правящую партию к непопулярным, непростительным поступкам. Чтобы реабилитироваться за прошлые грехи и снова взять власть в свои руки, они выставляют конкурентов в дурном свете, используют страхи общества, включая боязнь Москвы, продвигают теории заговора и открыто призывают людей к восстанию против «пророссийского» правительства: здесь работает формула «цель оправдывает средства».

Именно представитель «Единого национального движения» Ника Мелия и призвал митингующих к штурму парламента, хорошо осознавая, что это обязательно приведет к столкновению с представителями правоохранительных органов. Правительство просто не могло позволить другим силам занять «сердце» грузинской государственности: тем самым власть не только дала бы политической оппозиции карт-бланш, но и вызвала бы бурю негодования среди тех грузин, кто не смотрел на этот митинг как на спланированную провокацию. Однако эта реакция была чрезмерной. Отсутствие чувства меры свойственно и грузинского обществу в целом. Оно не только не задумывается о последствиях своих действий, но и не готово брать ответственность и переносит его на правящие силы; поэтому Грузия — это страна, где всегда виновато правительство.

Новое противостояние

Вскоре после скандала с Гавриловым Владимир Путин издал указ, запрещающий российским и грузинским авиакомпаниям выполнять межгосударственные рейсы, российских туристов призвали отказаться от посещения Грузии. Гости из России и их финансовые вложения значительны для грузинского бюджета. Следовательно, по логике российской власти, новые санкции должны ударить по экономике и туризму. Но очередная попытка надавить на соседа с помощью санкций еще раз доказывает, что Кремль не понимает ситуации и ничему не научился. Это грубый политический просчет. Своей политикой Москва подталкивает Грузию к «полонизации» и формированию в ней влиятельного антироссийского общества, которое не приемлет т.н. «русский мир».

Во-первых, санкционная война не только не ударит по Грузии так, как этого желает Кремль, но, наоборот, подстегнет общество и местный бизнес к диверсификации рынка. Мы это уже проходили в начале 2000-х годов, когда российская сторона перекрыла воздушные пути и запретила грузинские товары. Более того, запрет еще раз докажет ненадежность России как стабильного экономического партнера.

Во-вторых, новое противостояние отбросит российско-грузинские отношения на много лет назад. С момента обрыва дипломатических связей обе стороны пытались выстроить сотрудничество на уровне экономики, межкультурных, научных и межчеловеческих отношений. И Грузия, и Россия были заинтересованы в этом — кроме финансовой выгоды, вместе они могли защищать свои национальные интересы с помощью «мягкой силы».

В-третьих, в Грузии есть политические и идеологические элиты, которые всегда раздражало «нашествие» российских туристов и бизнеса. Эти группы не только хотят видеть страну свободной от всего «российского», но и провести полное переформатирование государства по типу Польши, провести «полонизацию» Грузии. Для них это цивилизационный выбор, в котором ни Россия, ни русский язык, ни русская культура не будут вовлечены и учтены. Политика Кремля только стимулирует рост антироссийских настроений и развязывает им руки. Процесс уже начался — кинотеатры перестали показывать фильмы на русском языке; есть и другие, не очень приятные для граждан Российской Федерации инициативы. Российским политическим деятелям не помешало бы лучше изучить своего оппонента и прислушаться к голосам знающих людей.

Статья была опубликована на аналитической портале The Insider. Она доступна по ссылке здесь.

В Центре им. Примакова рассказали о безопасности на Южном Кавказе

24 мая 2019 года в Грузино-Российском общественном центре им Е.М. Примакова в городе Тбилиси состоялась лекция грузинского политолога, учёного, основателя SIKHA Foundation Арчила Сихарулидзе на тему «Южный Кавказ и вызовы безопасности».

Мероприятие посетили глава центра им. Примакова Дмитрий Лорткипанидзе, президент Грузинской ФНКА в России Георгий Цурцумия, председатель объединения «Женщины Грузии» Хатуна Мачавариани, помощник ректора Чеченского государственного педагогического университета Анна Карпухина и многие другие.

В основу лекции легла двухдневная международная конференция «Форум по безопасности на Южном Кавказе», которая была проведена 13-14 мая в столице Грузии. Грузинский политолог подытожил основные тезисы форума и представил участникам лекции свой анализ.

В частности, участники обсудили российско-грузинские отношения, вопрос расширения НАТО, участие ЕС в обеспечении региональной безопасности, турецко-российское «потепление», внешнюю политику Ирана, а также, конечно же, затронули темы конфликтов на Южном Кавказе и т.н. войны СМИ.

По мнению Арчила Сихарулидзе, форум является уникальной возможностью для экспертов, политических/государственных деятелей и учёных подискутировать на профессиональном уровне и обменяться мнениями.

Однако, из-за отсутствия спикеров из ключевых стран региона, форум имел односторонний анализ. Многие вопросы была проанализированы в рамках т.н. западного восприятия и без альтернативных позиций. К тому же, многие постулаты участников форума скорее всего отражали политическую конъюнктуру и личные пожелания, нежели существующие политические реалии.

Грузинский учёный подытожил, что для выхода из сложного мирового политического тупика следует вести политический и научно-экспертный диалог опираясь на факты и реальные возможности, а не на пожелания и политическую риторику.

Новость была опубликована на сайте Федеральной Грузинской национально-культурной автономии в России. Она доступна по ссылке.

«Янукович пожалел об этом». Страны Восточного партнерства подвели итоги

Галия Ибрагимова

В Брюсселе завершился юбилейный саммит Восточного партнерства — совместного проекта ЕС и шести постсоветских стран. Организаторы встречи обошли стороной лишь одну, но волнующую всех тему — полноценное членство в Евросоюзе. Почему на этот вопрос по-прежнему нет ответа, разбиралось РИА Новости.

Русские туристы vs богатые европейцы

«Десять лет назад грузины искренне верили, что Восточное партнерство — это прямой путь в Евросоюз. Но ни Брюссель, ни Вашингтон так и не предложили конкретных мер поддержки грузинской экономики. В чем тогда суть евроинтеграции? — рассуждает жительница Тбилиси Теона Ломидзе.

В беседе с РИА Новости она не скрывает, что долгое время была сторонницей проевропейского курса Грузии и отвергала все, что было связано с Россией. Но сегодня ее отношение к ЕС и Москве стало меняться.

«Грузинская продукция по-прежнему востребована на российском рынке. Неплохой доход в бюджет страны стал приносить туризм, и здесь надо признать, что больше половины туристов — это граждане России. Возвращается мода на русский язык «, — рассуждает девушка.

Что касается ассоциативного сотрудничества с ЕС, то, по мнению Ломидзе, за десять лет наиболее ощутимым результатом стала отмена шенгенских виз для граждан Грузии сроком на девяносто дней. Но жительница Тбилиси опасается, что стремление многих грузинских граждан остаться в Европе может снова ужесточить правила въезда в шенгенскую зону.

«Опасения европейцев оправданы, но в ЕС пытаются задержаться в основном те грузины, кто не может найти работу на родине», — предполагает она.

Жительница Кутаиси Кира Беридзе (имя изменено по просьбе собеседницы) согласна, что российский рынок ближе для грузин. Однако она считает, что будущее страны все же за Европой.

«Россия — это «легкий рынок» для грузинской продукции. Но европейские потребители богаче. К тому же рынок ЕС стабильнее российского», — рассуждает женщина.

Ломидзе с такой точкой зрения не согласна. «Чтобы завоевать рынок Евросоюза, надо расширять список производимых в Грузии товаров. Но пока вино, сыры, боржоми — это основной перечень экспортируемой продукции. И нигде она не пользуется большей популярностью, чем в России и странах СНГ».

Пессимизма по поводу членства Грузии в Восточном партнерстве не разделяет и житель Батуми Гиоргий Гелашвили. «Сотрудничество с ЕС — это гарантия политического и социально-экономического развития Грузии. Тбилиси не смог бы в одиночку преодолеть многие проблемы», — делится своими мыслями с РИА Новости Гиоргий.

Примечательно, что ответственность за проблемы в экономике и социальной сфере житель Батуми возлагает не на местные власти, а на Москву. «Соседей не выбирают, но именно российский фактор сдерживает приток инвестиций. Как только Грузия вступит в ЕС, а потом и в НАТО, риски снизятся, и инвесторы начнут нам больше доверять», — полагает он.

Сдержанный оптимизм

Споры о том, с кем выгоднее сотрудничать — с Россией или Евросоюзом, — десять лет ведутся не только в Грузии, но в других странах — членах Восточного партнерства. И мнения по этому поводу постоянно меняются.

Например, Армения, которая была в числе шести стран, получивших приглашение присоединиться к Восточному партнерству ЕС, вначале поддержала этот проект. Но когда оставалось подписать итоговые документы, Ереван пошел на попятную. Занимавший тогда должность премьер-министра Армении Тигран Саргсян заявил, что для страны перспективнее экономическая интеграция с Россией.

В 2015 году Ереван вступил в курируемый Москвой Евразийский экономический союз. Но и от расширения экономических связей с Брюсселем армянские власти не отказались и через два года подписали соглашение о всеобъемлющем партнерстве с ЕС.

Сдержанное отношение к Восточному партнерству сохраняется и в Азербайджане. Саму идею укрепления отношений с Брюсселем власти этой страны поддержали, но подписывать соглашение об ассоциации с ЕС отказались. Свою позицию они объяснили тем, что Баку — не сторонник вступления в какие-либо интеграционные союзы. Причем для республики одинаково важны и российский, и европейский рынки.

Участником Восточного партнерства десять лет назад стала и Белоруссия. Но взаимодействие Минска и Брюсселя до сих пор определяется не столько экономической, сколько политической целесообразностью. Учитывая, что белорусские власти все еще частично под санкциями ЕС, отношения сторон к ассоциативному сотрудничеству друг с другом остается сдержанным.

Ежегодные саммиты Восточного партнерства Александр Лукашенко, как правило, игнорирует. Не стала исключением и завершившаяся накануне юбилейная встреча. Белоруссию на ней представлял глава МИД Владимир Макей.

Надейся и жди…

Главными проводниками идеи Восточного партнерства изначально были три страны: Грузия, Украина и Молдавия. Брюссель разъяснял, что соглашение не сулит автоматического членства в Евросоюзе. Документ в основном предусматривает создание зоны углубленной и всеобъемлющей торговли между сторонами. На практике это означает, что страны-члены получают возможность беспошлинного доступа на рынки ЕС. Взамен они обязуются реализовать ряд политических, социальных, торговых и судебных реформ внутри своих стран.

Самым привлекательным пунктом была перспектива «безвиза». И хотя отмена «шенгена» тоже не означает последующего вступления в Евросоюз, Грузия, Украина и Молдавия не оставляют надежд. Не настораживает их и то, что именно инициатива Восточного партнерства заложила мину замедленного действия в события на Украине.

Переговоры об условиях присоединения к соглашению украинские власти вели наравне с другими странами Восточного партнерства с 2010 года. Через два года документ был согласован, и стороны готовились его подписать. Но в последний момент власти в Киеве решили, что не могут игнорировать значимость российского рынка.

Занимавший тогда должность президента Виктор Янукович пытался объяснить это Брюсселю. Но еврочиновники поставили его перед выбором — или ЕС, или Москва. В результате на саммите Восточного партнерства в Вильнюсе в 2013 году украинские власти отказались подписывать соглашение. Это спровоцировало антиправительственные демонстрации в Киеве. Участники протестов настаивали на евроинтеграции и требовали немедленного подписания соглашения. Митинги усиливались и в итоге вылились в госпереворот.

События, которые сегодня известны как второй киевский Майдан, шокировали Брюссель. Никто в Европе не ожидал, что проект Восточного партнерства спровоцирует кровопролитие и смену власти на Украине. Тем не менее в 2014 году Петр Порошенко, став украинским президентом, первым делом подписал соглашение об ассоциации с ЕС.

Партнеры по не подписанию

«Восточное партнерство знало взлеты и падения. Были моменты острой драмы, как, например, на саммите в Вильнюсе шесть лет назад. Тогда президент Янукович отказался подписать соглашение об ассоциации с ЕС, о чем, вероятно, он горько пожалел», — заявил на открытии десятого юбилейного саммита председатель Европейского совета Дональд Туск.

Особый упор в своем выступлении он сделал на результаты десятилетней работы. К ним он отнес сближение ценностей и культур участников формата, расширение экономических связей.

Но ни слова не сказал о возможном вступлении в ЕС стран Восточного партнерства. Более того, по итогам юбилейного саммита участники не смогли согласовать итоговую декларацию из-за требований Азербайджана включить в текст пункт о территориальной целостности этой страны. Брюссель отказался, так как это означало бы выражение поддержки позиции Баку по Нагорному Карабаху. В итоге декларацию подписала только глава европейской дипломатии Федерика Могерини, что понизило значимость документа.

От любви до разочарования

«Для Украины Восточное партнерство — это свидетельство того, что страна сделала цивилизационный выбор в пользу Европы. Политика со стороны ЕС тоже подтверждает его готовность говорить с Киевом на равных. Украинцы почувствовали эффект от этого формата, когда два года назад получили возможность без виз посещать Европу», — поделился своими мыслями в беседе с РИА Новости украинский активист Тарас Стодоля.

Другую точку зрения высказала жительница Киева, дизайнер одежды Светлана Дьякова. «Украинские власти стремятся в ЕС, говорят о западных ценностях, но в стране по-прежнему коррупция, безработица и низкие пенсии, и зарплаты. Во имя чего тогда проливалась кровь на Майдане и к чему все разговоры, что «Украина це Европа», — задается вопросом девушка.

Некоторое разочарование в Восточном партнерстве существует и в Грузии. «Тбилиси вдохновляет, что этот формат сотрудничества с ЕС позволил добиться снижения пошлин на торговлю, отмены виз. Но главное разочарование в том, что, несмотря на проведенные грузинскими властями реформы, страна так и не стала членом ЕС», — рассуждает в беседе с РИА Новости грузинский политолог Арчил Сихарулидзе.

По мнению эксперта, только когда будет получен четкий ответ о членстве в Евросоюзе, можно будет говорить об успехе или провале этого формата. Но Брюссель по-прежнему отмалчивается.

Статья была изначально опубликована новостным порталом РИА Новости. Она доступна по ссылке.

«Светская беседа» НАТО

26 марта 2019 года Генеральный Секретарь НАТО, Йенс Столтенберг посетил Тбилиси и провёл официальные встречи с премьером-министром Мамукой Бахтадзе и президентом Саломе Зурабишвили. По старой традиции, Столтенгберг заверил представителей Грузии в том, что страна обязательно станет членом военного блока. Однако, этот визит, скорее всего, очередная «светская беседа», за которой ничего не стоит.

Читать дальше на английском языке здесь.

Северомакедонская Мечта Грузии

Греция и Македония смогли разрешить многолетний спор о названий государства; и теперь, уже Республика Северная Македония готовится с членству в НАТО. Этот факт вдохновил представителей грузинской элиты и возродил надежду на то, что страна наконец-то сможет стать членом альянса. Однако, пример Македонии вряд ли можно считать прецедентом.

Читать дальше стать на английском здесь.

«Вместе мы можем гораздо больше» — какие послания Зурабишвили донесла до Армении

Визит президента Грузии Саломе Зурабишвили в Армению ознаменовался двумя главными темами — проблемой демаркации общей границы, а также вопросом реставрации памятников культуры в Армении.

Зурабишвили гостила в Армении в ранге президента в первый раз. На протяжении двух дней она провела переговоры с президентом Армении Арменом Саркисяном, премьер-министром Николом Пашиняном, председателем парламента Араратом Мирзояном, а также с Католикосом всех армян Гарегином II.

«Мы вместе можем гораздо больше, чем по отдельности, нам очень многое предстоит сделать», — главное послание Зурабишвили властям Армении.

В ходе визита глава Грузии возложила цветы к Вечному огню мемориального комплекса, а также посадила ель в Аллее памяти. В музее-институте Геноцида армян Зурабишвили также оставила запись в Книге памяти.

Где граница?

Зурабишвили посетила Армению после поездки в Азербайджан. Именно в Баку глава грузинского государства впервые поставила вопрос демаркации границы и предложила коллегам из Азербайджана довести начатое дело до конца.

Аналогичное заявление Зурабишвили сделала и во время встречи со своим армянским коллегой. Дело в том, что вопрос демилитации и демаркации границы как с Азербайджаном, так и с Арменией стоит на повестке дня с момента распада СССР.

«Мы считаем, что настало время для наших двух стран, чтобы мы завершили процесс демаркации. Дали новый импульс комиссии, для того чтобы вернуться к соглашению, которое было подписано, когда я была министром иностранных дел Грузии», — сказала Зурабившили на пресс-конференции по итогам встречи с Арменом Саркисяном.

Как с Арменией, так и с Азербайджаном у Грузии созданы специальные комиссии по делимитации и демаркации государственных границ.

Культурные памятники

После аудиенции с президентом Армении глава грузинского государства отправилась к премьер-министру Николу Пашиняну. Если после встречи с Саркисяном Зурабишвили делала политические заявления, то встречу с главой правительства Армении она посвятила культурным отношениям.

Во время переговоров с глазу на глаз Зурабишвили предложила армянской стороне подключить грузинских специалистов к реставрации памятников культурного наследия, расположенных в Армении.

«Президент Грузии поставила вопрос подключения грузинских специалистов к реабилитационным работам на памятниках культурного наследия, расположенных в Армении», — говорится в сообщении.

Зурабишвили выступила с идеей возобновления договора о сотрудничестве в сфере культуры между двумя странами, срок которого истек еще в 2018 году. В первый раз соглашение было подписано еще в 2013 году.

Миру нет альтернативы

Еще одну важную встречу президент Грузии провела в Национальном собрании (парламент) Армении. Зурабишвили вместе с другими членами грузинской делегации встретилась с главой заксобрания Армении Араратом Мирзояном.

На встрече с Мирзояном Зурабишвили отметила, что все конфликты на Южном Кавказе должны быть урегулированы мирным путем.

«Наша позиция непоколебима: эти конфликты можно решить только мирным путем. Мы являемся последователями этой политики, не меняем ее и не считаем, что в этом регионе возможна другая альтернатива. Все, что обостряет эти конфликты и усложняет их разрешение, идет вразрез интересам нашего региона. Единственным путем решения этих конфликтов является политическое вмешательство наших партнеров более высокого уровня», — сказала Зурабишвили.

Президента Грузии поддержал и глава парламента Армении.

«Наши твердые и устойчивые связи дают нам возможность сотрудничать на международной арене, где мы поддерживаем друг друга и наши мнения по многим вопросам совпадают. Например, армянская делегация воздерживается от голосования по таким вопросам, которые наносят вред интересам Грузии. Конфликт Нагорного Карабаха может быть решен только мирными переговорами. Это исходит из всех интересов», — сказал Мирзоян.

Новая южнокавказская политика

Визит Зурабишвили в Армению не стоит оценивать как отдельно взятый, а нужно рассмотреть в купе с посещением Азербайджана, считает политолог Арчил Сихарулидзе. Эксперт уверен, что президент Грузии дала понять Баку и Еревану, что готова принять участие в формировании новой южнокавказской политики, построенной на общей безопасности.

«Похоже у нее (Зурабишвили — ред.) есть два важных сообщения. Первое то, что Грузия по-прежнему остается на орбите Европы, и нашей главной целью является сближение с Европой, но своей поездкой в Азербайджан и Армению она указала на то, что наш южнокавказский регион очень важен. Нам в Грузии нужно иметь не только европейскую политику, но и южнокавказскую, которой до этого не было на Южном Кавказе», — сказал Сихарулидзе в интервью Sputnik Грузия.

Самым важным моментом в визите Зурабишвили в Армению является вопрос демаркации и делимитации границы. Эксперт считает, что президент Грузии обязана говорить об этих проблемах как в Баку, так и в Ереване.

Дело в том, что главной точкой преткновения в процессе делимитации грузино-азербайджанской границы является монастырский комплекс Давид-Гареджи, который находится прямо на границе. Официальный Тбилиси настаивает на внесении комплекса в свои границы.

«У нас есть проблемы с демаракцией. Вы наверняка знаете, что в Азербайджане на демаркационной линии есть монастырь, который для грузин является очень важным, и, зачастую, у грузин бывают проблемы с посещением этих мест. Она (Зурабишвили — ред.) должна говорить о проблемах, которые есть у обычных людей. Многие в Грузии не довольны тем, что не могут спокойно посетить культурную достопримечательность», — добавил Сихарулидзе.

Заключительным аккордом в визите Зурабишвили была встреча с Католикосом всех армян Гарегином II, которая состоялась в Первопрестольном Эчмиадзине.

Комментарии были опубликованы информационным порталом Sputnik-Georgia. Он доступен по ссылке.

Жузы в Казахстане меня удивили — ученый из Грузии

Айжан Рымбаева

Арчил Сихарулидзе, ученый в области политических наук (Тбилиси), был приглашен одним из вузов Южного Казахстана в качестве лектора. Своими впечатлениями о нашей стране он поделился с редакцией 365info.kz.

— Расскажите о себе. Чем вы занимаетесь?

— В роли ученого я сфокусирован на политических науках, международных отношениях и государственном управлении. В частности, исследую внутреннюю и внешнюю политику России, демократизацию и смену режимов на постсоветском пространстве, политические аспекты ислама в Грузии и реформу высшего образования.

Последние пять лет преподаю студентам магистратуры в ТГУ (Тбилисский государственный университет им. Иване Джавахишвили) предмет «Этика, административная коррупция и государственное управление». Также провожу тренинги для школьников старших классов и студентов бакалавриата на темы успешного студенчества и академической карьеры.

Недавно я инициировал проект SIKHA foundation, цель которого продвигать интересные кейсы на различные темы, начиная с развития академической культуры и заканчивая новейшими технологиями.

Казахстан потерял черты Востока

— Что стало причиной визита в Казахстан?

— У меня появилась возможность побывать в Туркестане благодаря инициативе представителей Высшей школы госуправления и экономики одного из университетов, которые предложили мне принять участие в проекте приглашенных профессоров.

В рамках проекта я месяц читал лекции студентам на темы госуправления и менеджмента. Также вел мастер-классы и тренинги для профессорско-преподавательского состава, помогал администрации университета в написании проектов.

В 2017 году посетил столицу Казахстана Астану и остался под сильным впечатлением. Вообще, это была моя первая поездка в Центральную Азию. Можно сказать, я открыл для себя Азию благодаря Казахстану.

— Что вас впечатлило у нас?

— Если говорить в целом, Казахстан — это довольно европеизированное государство. Мне кажется, приезжающие сюда иностранцы точно не ждут такого расклада. В этом есть большой плюс и минус Казахстана. С одной стороны, для многих будет приятным сюрпризом и удовольствием найти частичку Европы (или западного мира/культуры в целом). А с другой — некоторым будет не хватать восточного блеска и шарма, которого они ожидают.

Централизация процессов

Мне, например, было легко входить в контакт и сотрудничать с казахами благодаря тому, что многие из них получили образование на Западе и/или подверглись влиянию глобализации.

Но в то же время хотелось увидеть Восток в его нетронутом состоянии. Для этих целей, наверное, нужно ехать в глубинку или другие страны Центральной Азии. К примеру, мы с коллегами побывали в Ташкенте — безусловно, там больше Востока.

Я побывал в трех казахстанских городах – Астане, Туркестане и Актау. Опираясь на этот небольшой список, могу сказать, что налицо сильная централизация процессов.

Жизнь в Казахстане кипит… но в основном только в политических и административных центрах. Эта серьезная проблема, и она сильно влияет на страну, не позволяя гармонично развиваться.

Я очень рад, что правительство решило исправить ситуацию и инициировало много проектов. Надеюсь, моя работа в Туркестане позитивным образом повлияет на развитие города, особенно в сфере высшего образования.

Грузия и Казахстан — сходства и различия

— В чем, на ваш взгляд, отличия Казахстана от Грузии?

— Могу сказать, чем мы похожи, это намного проще. Мы похожи нашим стремлением быть частью глобальных процессов и глобального общества. Стремлением перенять у западного мира многие политические, экономические и социокультурные элементы.

Что касается различий — это, конечно же, религия и регион в целом. В нашей стране абсолютное большинство граждан проповедуют православие. А Грузия, хоть частично и находится в Азии, точно не Восток. Эти переменные сильно влияют на все, начиная от поведения и заканчивая восприятием мира.

Еще одно важное отличие — фактор конфликта и войны. Вы, наверное, знаете, в 90-х годах в Грузии бушевала не только гражданская война, но и сепаратистские движения. А в 2008 и вовсе случился военный конфликт с Россией. Эти процессы нанесли серьезный ущерб обществу, оставив глубокие исторические и психологические раны. К счастью, Казахстан сумел избежать такой участи. Однако различный исторический опыт предопределил и разный подход ко многим вопросам.

Жузы удивили

— Что вас удивило в Казахстане?

— Существование жузов и то, что их представители ведут себя по-разному, зачастую весьма своеобразно. Например, у меня есть знакомый из младшего жуза, который разговаривал и вел себя так, будто готовился к боевым действиям и/или же беседовал с врагом.

Лишь потом мне объяснили, что представители этого жуза исторически были воинами и для них такое поведение и разговорный стиль являются нормой. Еще меня сильно удивил тот факт, что старшее поколение обычно не считает нужным стоять в очередях, зачастую просто проходя мимо и/или перепрыгивая через представителей более молодого поколения. Поразил также случай в аэропорту. Там даже дети уступали места не только престарелым людям, но и вообще всем старшим. Для меня это было непривычно.

Интервью было опубликовано новостным порталом 365info.kz. Оно доступно по ссылке.

Азербайджан — гарант энергобезопасности Грузии — ВЗГЛЯД ИЗ ТБИЛИСИ

Лейла Таривердиева

«С Азербайджаном связана энергетическая безопасность Грузии», — сказал Day.Az грузинский политолог Арчил Сихарулидзе, комментируя визит президента Грузии Саломе Зурабишвили в Баку.

Отметим, что этот визит стал первым региональным визитом новоизбранного президента Республики Грузия.

По словам Сихарулидзе, это главная причина выбора госпожой Зурабишвили страны для первого визита. «Других каких-либо переменных здесь нет, так как у Грузии нет какой-то активной внешней политики на Южном Кавказе, кроме желания сохранить статус-кво», — отметил наш собеседник.

«Главная составляющая грузино-азербайджанских отношений — это роль Азербайджана в обеспечении энергетической безопасности Грузии и приверженность Баку стабильности в регионе», — подчеркнул грузинский политолог, отметив высокий уровень стратегического партнерства между нашими странами и реализацию крупных совместных проектов, представляющих большую значимость для обеих стран.

Коснувшись муссировавшихся ранее слухов о возможном похолодании в грузино-азербайджанских отношениях, грузинский политолог отметил, что были некоторые опасения относительно недиверсифицированности грузинского энергетического рынка, но сейчас ситуация нормализовалась.

Комментарий был опубликован новостным агентством Day.Az Он доступен по ссылке.

Арчил Сихарулидзе: Визит грузинского лидера в Баку еще больше упрочит связи между Грузией и Азербайджаном

Матанат Насибова

Официальный визит президента Грузии Саломе Зурабишвили в Азербайджан является подтверждением того, что стратегическое партнерство между нашими странами находится на высоком уровне, заявил Trend известный эксперт-международник Арчил Сихарулидзе, комментируя встречу Президентов Азербайджана и Грузии в Баку.

Отметим, что Президент Грузии Саломе Зурабишвили, находится с официальным визитом в Азербайджане.

По словам грузинского эксперта, на сегодняшний день у двух соседей по региону имеется обоюдный интерес в различных сферах.

«Грузия заинтересована в обеспечении своей энергетической безопасности, и в этом смысле Азербайджан представляет для нас особую значимость. Параллельно, между нашими странами продолжается всестороннее сотрудничество, особенно, в сфере экономики и транзита грузов через железную дорогу Баку-Тбилиси-Карс. Данный проект открывает большие возможности для увеличения объемов грузов, проходящих через Азербайджан и Грузию. И этот факт отметил также глава азербайджанского государства в Баку», — сказал Сихарулидзе.

Грузинский аналитик отметил, что Грузия и Азербайджан являются дружественными странами, которые заинтересованы в сохранении стабильности и безопасности региона.

«Полагаю, что визит грузинского лидера в Баку еще больше упрочит двусторонние связи между Грузией и Азербайджаном, а также создаст благотворную почву для реализации совместных, масштабных проектов, которые принесут обоюдную выгоду для двух наших государств», — сказал в заключение эксперт.

Комментарий был опубликован новостным порталом Trend News Agency. Он доступен по ссылке.

Center for Systemic Political Research (CSPR)

IP Blocking Protection is enabled by IP Address Blocker from LionScripts.com.