Political Analysts Consider Lavrov’s Statements with regard to Georgia Useless


Рустам Джалилов

Политологи сочли беспочвенными заявления Лаврова об отношениях с Грузией

Ни одно правительство Грузии, ни одна политическая сила, которая приходит к власти в стране, не может быть антизападной, уверен грузинский политолог, лектор Тбилисского госуниверситета Арчил Сихарулидзе. “Обвинение, что та или иная партия антизападная – это некий “стандарт” предвыборных кампаний в Грузии. Люди в Грузии в принципе понимают это и не будут голосовать против или за “Грузинскую мечту” из-за того, что она антизападная. У “Грузинской мечты” есть другие, более серьезные проблемы в отношениях с избирателями. Например, невыполненные обязательства”, – указал он корреспонденту “Кавказского узла”.

В целом, по мнению политолога, в Грузии заявление Лаврова расценивается как популизм. “Потому что восстановление дипломатических отношений подразумевает шаги навстречу – например, решение визовых вопросов. Так как это не решается, грузинская сторона не видит для себя выгоды. А главное, Грузия не раз заявляла, что восстановит дипломатические отношения лишь в том случае, когда будет решен вопрос “оккупированных территорий”, – подчеркнул Сихарулидзе. А поскольку Россия не собирается идти на уступки, то дипломатические отношения не имеют шанса на восстановление, заключил он.

Сихарулидзе сообщил также, что представитель “Грузинской мечты” уже высказался о заявлении главы МИД РФ, как о дискредитирующем его партию. “Представитель “Грузинской мечты” заявил, что высказывания г-на Лаврова были антизападным жестом и вмешательством во внутренние дела страны, направленными против” Грузинской мечты”, – указал Сихарулидзе.

Комментарий был опубликован на портале Кавказский Узел.

Tagged : / / / / / /

Tbilisi Expecting Migrants from Afghanistan: Georgian Experts on Possible Threats


Тбилиси в ожидании беженцев из Афганистана: грузинские эксперты оценили возможные угрозы

Гуманитарная миссия

Другой грузинский эксперт, Арчил Сихарулидзе, настроен более оптимистично и особых угроз от ожидаемого притока афганских мигрантов не видит. Решение Правительства Грузии рассматривает как желание продолжать вносить свой вклад в стратегическое партнерство с США и НАТО.

«Вы знаете, что в свое время Грузия как страна, собирающаяся стать членом Альянса, участвовала в операциях НАТО в Ираке и Афганистане. И думаю, высшее руководство страны именно таким образом решило внести свою лепту в нынешнюю, уже, я бы сказал, гуманитарную миссию. То есть оно хочет на определенное время разместить на территории страны людей, которые были связаны с международными организациями. Это не беженцы в прямом смысле этого слова. Это люди, которые там работали, поэтому решение Правительства Грузии меня не удивило», — отметил эксперт.

Он считает, что зарубежным партнерам особо упрашивать грузинское руководство не пришлось и оно автоматически согласилось с этим предложением, так как видит в нем продолжение сотрудничества с Соединенными Штатами.

Мнение о том, что мигранты из Афганистана могут представлять опасность для Грузии, Сихарулидзе не разделяет и поясняет, что «в отличие от беженцев, которые в массовом порядке покидают страну, бывшие сотрудники международных организаций — это люди, которые уже были отфильтрованы». Поэтому угроза от них, согласно его мнению, минимальная.

Сомневается эксперт и в том, что поток беженцев из Афганистана, останется в стране.

«Насколько мы защищены от поселения нелегальных беженцев? Хочу сказать, что в Грузию пока мигранты ни разу не бежали. Если они и бегут, то бегут в Турцию, Грецию, в страны западного мира, потому что это те страны, куда они хотят убежать, а не в Грузию. Так что с этой точки зрения опасаться наплыва беженцев из Афганистана не стоит», — отметил Сихарулидзе.

Афганские беженцы, добавил он, будут стремится поселиться либо в той цивилизационной среде, к которой они привыкли, в мусульманской, либо в другой цивилизационной среде, в развитых странах. В числе прочих подходящих стран Сихарулидзе выделил Германию, США, Канаду.

Минимальной считает он и угрозу со стороны террористических организаций.

«Я не вижу смысла мстить Грузии, потому что Грузия ничего не решает. И если они, террористы, будут бить, то будут бить по западным странам. На протяжении всех лет, что Грузия участвовала в операции в Афганистане, ни один теракт не был совершен на нашей территории. Потому что все понимают, что Грузия — маленькая страна и она вносила лепту в эти операции лишь ради членства в НАТО», — подчеркнул Сихарулидзе.

США и НАТО покинули территорию Афганистана после полной дестабилизации обстановки в регионе. Участие в миссиях Альянса в Афганистане, а до этого в Ираке, Грузию к членству в НАТО не приблизило. От высшего руководства Альянса официальный Тбилиси долгие годы слышит обещания и призывы к проведению все новых и новых реформ для окончательного приближения к западным стандартам. Но план действий ПДЧ, который дал бы серьезные основания надеяться на вступление в военно-политический блок, по-прежнему маячит на отдаленном горизонте. А перед высшим руководством НАТО по-прежнему стоит фактор России, которую не прельщает перспектива расширения Альянса вблизи собственных границ.

Комментарий был опубликован на платформе Полит Эксперт.

Tagged : / / / / / /

“For Afghan Immigrants Georgia is a Heaven” – Georgian Experts on Events in Afghanistan


«Для афганских беженцев Грузия – это рай» — эксперты о событиях в Афганистане

Беседовала Шорена Папашвили

Вместе с военнослужащими стран-членов НАТО в миротворсческой миссии в Афганистане служили более 11 тысяч грузинских солдат, а это значит, что по численности на душу населения Грузия была самым крупным государством-контрибьютором. За все годы миротворческой миссии в Афганистане погило 32 военнослужащих, еще 435 были ранены.

После того, как американские войска покинули Афганистан и 15 августа радикальная группировка «Талибан» заняла Кабул, война в Афганистане была объявлена законченной. Президент Афганистана покинул страну. Уехать из страны пытаются тысячи афганцев. Лидеры «Талибана» заявляют, что жить в изоляции не собираются и сохранят отношения с другими странами. Что дало Грузии участие в миссии в Афганистане и грозит ли Грузии волна афганских беженцев, об этом с Dalma News беседуют эксперты Арчил Сихарулидзе и Вахтанг Маисая.

— Насколько прогнозируем был приход к власти в Афганистане «Талибана»?

Арчил Сихарулидзе: Афганистан – конец абсолютно всех империй. В том числе, США как современной империи и ведущей силы в мире, которая потерпела поражение в главной цели – превращении Афганистана в демократическое государство. Очень жаль, что США обнадежили очень многих людей, а затем эти надежды не оправдали. В частности, надежду на то, что они внедрят там демократию.

Вахтанг Маисая: Я гораздо раньше сделал прогноз, что «талибы» придут к власти. Это было вполне ожидаемо по определенным объективным и субъективным причинам. В первую очередь, приходу талибов к власти способствовал тот фактор, что военные силы НАТО и США очень быстро покинули территорию Афганистана, особенно стратегические объекты: Баграмскую базу, столицу Кабул и один из крупных городов Мазари-Шариф, что облегчило талибам их захват. Большие проблемы существовали в связи с нынешним президентом Ашрафом Гани. В отличие от своего предшественника он оказался очень большим автократом и самоуверенным лидером. В его правительстве был высок непотизм. Ашраф Гани не был харизматичным лидером. Можно сказать, что он обманул американцев. Как только почувствовал угрозу от «Талибана», вскочил и убежал, фактически предал страну. Не исключаю, что начнется движение сопротивления из Панджшерского ущелья. Правда, сейчас идут переговоры, но не думаю, что они дадут результаты. Как видно, начинаются боевые действия. «Талибы» уже контролируют весь Афганистан, кроме Панджшерского ущелья и нескольких провинций.

— Грузия потеряла десятки военнослужащих, участвовавших в миссии в Афганистане, а что получила взамен?

Арчил Сихарулидзе: Лично я никогда не верил, что целью нашего участия там была демократия. Я считаю, что мы платили своего рода дань за то, чтобы нас приняли в НАТО. Но все закончилось так, что в НАТО нас не приняли, но дань мы заплатили. Сейчас важно, как все это проанализирует Грузия. Если помните, в Афганистане поставили памятник грузинскому воину, интересно, какой будет его судьба? Тогда я раскритиковал этот факт, что ставить памятники на чужой земле не хорошо. Мы должны задать себе вопрос: каким путем мы продолжим вносить свой вклад в НАТО?

Вахтанг Маисая: Я как военный эксперт могу сказать, что участие в миссии в Афганистане дало нам многое. Любая война и военные действия – это хорошая практика и опыт для любых вооруженных сил. Мы получили очень реальный опыт. Также нам была дана возможность вместе с государствами – членами НАТО принимать участие в военных операциях, что является обязательным критерием для вступления Грузии в НАТО. Каждый грузинский военнослужащий – это серьезная потеря для Грузии. Но полученный там опыт пригодится Грузии.

— Что изменится с установлением правления «Талибана» и как это отразится на регионе?

Арчил Сихарулидзе: Разговоры о том, что талибов не сменят, и мы вернемся в 18 век, мне кажутся несколько преувеличенными. Афганистану просто не дадут возможность вернуться в 90-е годы, и этого никто терпеть не будет. Против них обязательно сделают превентивные шаги. Соответственно, мы должны ожидать, что вернутся строгие законы шариата. Что касается непосредственно региона, талибы не имеют претензий на то, чтобы создать основанный на шариате мировой порядок, поэтому, учитывая, что Россия активно ведет переговоры, думаю, что не следует ожидать какого-либо обострения в Центральной Азии. Опять-таки потому, что в «Талибане» прекрасно понимают, что новое движение может в любое время вернуть это движение в ту пустыню, из которой они вернулись. Но это обязательно случится, если «Талибан» позволит террористической организации «Аль-Каида» использовать территорию Афганистана.

Вахтанг Маисая: Элемент нестабильности из Афганистана перейдет в Центральную Азию, а оттуда в регион Каспийского моря. Может возникнуть своего рода треугольник нестабильности, не исключено, что джихадисты начнут перемещение в направлении Сирии.

— Талибы говорят, что желают сотрудничества с другими странами. Насколько они откровенны?

Арчил Сихарулидзе: Сегодня в мире много держав, которые очень строго могут показать «Талибану» желтую карточку и пригрозить пальцем. США также могут в любое время вернуть своих солдат и заявить, что защищают находящееся под угрозой население. И Российская Федерация подтвердила твердую готовность, если понадобится, разбомбить любую страну. А также Китай, который играет большую роль. Не думаю, чтобы в интересы Китая входили бесчинства террористических организаций в Афганистане. Что касается Евросоюза, у него никаких прав в Афганистане нет.

Вахтанг Маисая: Талибы говорят, что проблем с ними не будет, но это не означает, что у них не будет проблем с другими группировками в мире. Может, талибы и не будут изнурять себя борьбой с террористическими группировками. И не будут нести ответственности за другие группировки. У Америки сегодня серьезные внутренние политические проблемы, в том числе пандемия. Выход из Афганистана не был только «прогулкой». Вывод американских войск из Афганистана – серьезный вызов, который говорит о том, что США утратили геополитическое влияние в Южной и Центральной Азии, да и из Кавказского региона, думаю, американцы собираются постепенно уйти. Проблемы у Америки возникли и с Китаем.

— Каких угроз можно ожидать нам от Афганистана?

Арчил Сихарулидзе: Самая большая угроза – это огромный поток беженцев в западный мир, что еще больше изменит демографическую ситуацию и увеличит антимигрантские настроения. Соответственно, изменятся и антилиберальные настроения. Вторая угроза в том, что пока в Афганистане не установят порядок, будут беспорядки, что могут использовать различные террористические организации, чтобы найти какую-то опору. А третья в том, что определенная часть людей, к сожалению, станет жертвами возвращения талибов, потому что эти люди поддерживали США. Это им, вероятно, не простят.

— Потребуют ли от Грузии принять беженцев?

Арчил Сихарулидзе: От Грузии ничего потребовать не смогут. Главная положительная сторона в том, что никто не хочет стать беженцем в Грузии. Здесь беженцы – только грузины. А также, возможно, иранцы и турки, которые бегут из своих государств из-за строгих правил. В остальных случаях эти люди бегут в Узбекистан, а оттуда побегут в Германию, Канаду, США, страны Евросоюза. Если от Грузии потребуют принять кого-то, реакция будет очень тяжелой. Из Афганистана люди бегут не потому, что на них нападают. Это расчет прежде всего на то, что они состояли в прямой связи с США и их привлекут к ответственности. Во-вторых, талибы пришли, и они не хотят жить в такой обстановке. В-третьих, очень много оппортунистов, и они могут попытаться использовать эту ситуацию для изменения своей жизни к лучшему. Миграция не всегда является вынужденной, она порой добровольная, как желание лучшей жизни.

Вахтанг Маисая: Такая опасность действительно существует. Сейчас в Афганистане гуманитарный кризис. Почти исчерпаны запасы продовольствия, стоит серьезная проблема, как накормить население. И президент Турции признает, что обязательно будут беженцы из Афганистана и Турция не сможет их принять. Греция уже построила большую стену для защиты от афганских беженцев. И европейские государства встревожены этим, хотя по требованию Америки будут готовы принять афганских беженцев. А также Россия выразила готовность принять 2000 беженцев. По последним данным, население Афганистана составляет 36 млн человек. Ожидается поток беженцев в двух направлениях. Одни пойдут по Лазуритовому коридору, который охватывает перевозки грузов из Афганистана в Европу. Транзит проходит из Афганистана, через Турцию, затем – Южную Европу и Западную Европу.  Остаться в Грузии гораздо привлекательнее для афганских беженцев. В отличие от сирийцев, которые более или менее привыкли к хорошим условиям жизни. Иракские и сирийские беженцы поедут в Европу, а для афганских беженцев Грузия – это рай.

Комментарий был дан платформе Dalma News.

Tagged : / / / / / / / / / /

No One Trusts Mikhail Saakashvili, Explanation by Georgian Analyst


Грузинский политолог объяснил, почему Михаилу Саакашвили никто не верит

Экс-президент Грузии Михаил Саакашвили не готов пожертвовать собственной свободой за убеждения и в Тбилиси не вернется, заявил ФАН политолог Арчил Сихарулидзе. Так он прокомментировал заявление скандального политика о желании осенью приехать на родину, чтобы возглавить оппозицию на выборах в органы местного самоуправления.

«В Грузии доверие к заявлениям и обещания Михаила Саакашвили нулевое. Проблема этого политика не в том, что у него «что-то не получилось». Этот человек каждый день дает какие-то громкие обещания, но даже не пытается сдержать слово», — пояснил основатель центра SIKHA foundation.

Политолог напомнил, что экс-президент много раз обещал приехать в Грузию, но задекларированных намерений так и не осуществил.

«Это не первое и не последнее заявление Саакашвили. Все знают, что он не приедет. Его больше не поддерживает Запад, а сам он не готов пожертвовать собственной свободой за убеждения. Саакашвили — не революционер, он не готов сесть в тюрьму ради отстаивания своих целей», — добавил собеседник ФАН.

Арчил Сихарулидзе обратил внимание, что против бывшего президента страны было выдвинуто 11 обвинений, по некоторым из них заочно вынесен приговор. Эксперт уточнил: если бы Саакашвили прилетел в Грузию, его бы сразу задержали и он предстал бы перед судом. Место в тюрьме беглому возмутителю спокойствия гарантировано, заключил политолог.

Комментарий был дан Федеральному Агентству Новостей РФ.

Tagged : / / / / /

“Charles Michel’s Agreement” is annulled – is Georgian Dream loosing supporterts?


«Соглашение Шарля Мишеля» аннулировано – «Грузинская мечта» теряет сторонников?

Политолог Арчил Сихарулидзе связывает решение «Грузинской мечты» с 3 вопросами: во-первых, с тем, что «Национальное движение» документ не подписало и политическую ответственность не разделило, во-вторых, оппозиция отказывается включиться в политическую жизнь, а в-третьих, тема бессрочного назначения судей Верховного суда.

«Европа очень глубоко погрузила руки в грузинское правосудие», — говорит Сихарулидзе.

По его словам, решение 28 июля меньше всего связано с выборами 2 октября.

По мнению политолога, «Грузинская мечта» с самого начала не должна была подписывать соглашение от 19 апреля, если его не подписала бы главная оппозиционная сила – «Единое национальное движение».

«Какой смысл имело подписание документа без подписи националов, я не понимаю? Договор Шарля Мишеля был только отсрочкой кризиса. Оппозиция исполнителем этого документа не являлась. Сегодня в Грузии кризис политической элиты. Население устало, и это показали события 5-6 июля, когда несмотря на призывы, народ на баррикады не пошел. Ему нужна здоровая альтернатива, которой пока не видно», — заявил Арчил Сихарулидзе Dalma News.

По его словам, проблема в том, что партии, которые объявляют себя прозападными, сами не соблюдают западных ценностей. Что касается возможных санкций со стороны Евросоюза, то Арчил Сихарулидзе ничего подобного не ожидает, хотя думает, что политический кризис в Грузии продолжится и в сентябре-октябре текущего года.

Шорена Папашвили

Комментарий был дан платформе Dalma News. Статья полностью доступна по ссылке.

Tagged : / / / / / / /

Sikharulidze on a goal of the European Council president’s Charles Michels planned visit to Georgia


Сихарулидзе рассказал о цели намечающегося визита президента Евросовета в Грузию.

Политолог Арчил Сихарулидзе прокомментировал намечающийся визит президента Европейского Совета Шарля Мишеля в Тбилиси на фоне нового бойкота парламента большинством оппозиционных партий и обострившегося политического кризиса после событий 5 июля.

Сорванный марш в защиту прав ЛГБТ-сообщества и факты насилия над журналистами 5 июля вызвали шквал критики со стороны европейских партнеров Грузии. К этому добавилось недовольство ЕС назначением судей Верховного суда Грузии вопреки рекомендациям. Пресс-спикер ЕС Питер Стано не исключил, что из-за назначения судей Грузия может лишиться финансовой помощи ЕС.

“Думаю, приезд президента Европейского Совета связан с бойкотом парламента оппозиционными партиями. Я так понимаю, они снова нарушили договор Шарля Мишеля, так как идея договора была в том, чтобы оппозиционные партии принимали участие в работе парламента, чтобы все политические процессы перешли в парламентское русло. Он постарается примирить стороны”, – сказал Сихарулидзе Sputnik Грузия.

О наметившемся в ближайшие дни приезде Шарля Мишеля в Грузию сообщил председатель правящей партии “Грузинская мечта – демократическая Грузия” Ираклий Кобахидзе. По его словам, власти предоставят президенту Евросовета полную информацию по событиям 5 июля: и какие риски ожидались, и как действовали правоохранительные органы.

Комментарий был первоначально опубликован на сайте Sputnik-Georgia.

Tagged : / / / / / /

Outcomes and the Future of Georgian Kingdom


Итоги и будущее Грузинского королевства

Конец 2020 года наступил, и пришла пора подводить итоги прошедшего политического цикла. Впервые за независимую историю страны правительство «Грузинской Мечты» смогло остаться у власти на третий срок, а оппозиция получила максимальное количество мест в парламенте; впервые за это же время выборы, получившие международное признание, не признаются оппонентами власти, отказавшимися входить в законодательный орган, надеясь на то, что пандемия и экономический кризис помогут им «сбросить» власть «мирным» путём; и впервые представители стратегических партнёров государства, в частности послы США и ЕС, стали объектами прямых нападок со стороны т.н. прозападных сил, обвиняя их в антигрузинской политике. В общем, многое в прошедшем цикле случилось «впервые», что, безусловно, повлияет на будущее.

«Однопартийный» парламент

Основным вопросом, которым задаются местные и международные аналитики является то, сможет ли «однопартийный» парламент управлять страной и не приведёт ли это к политическому кризису? Можно довольно-таки прямо заявить, что сможет и никакого кризиса не будет. Вызов такого мышления в том, что эти люди, во-первых, забывают историю, а во-вторых, делают неуместные параллели между Тбилиси и Минском, Тбилиси и Бишкеком. Если углубиться в прошлое, то можно наткнуться на очень интересный факт – у страны был уже «однопартийный» парламент, в котором находилось Единое Национальное Движение с конституциональным большинством и оппозицией, которая в основном отказалась участвовать в политической жизни. Несмотря на такую расстановку – это не помешало правительству Михаила Саакашвили управлять государством с 2008 по 2012 спокойно, мирно, без суеты и, более того, в абсолютно одностороннем порядке принимать конституционные изменения; вкратце — реформировать страну и общество по-своему желанию. Следует упомянуть, что большая часть нынешней политической оппозиции, которая называет сегодняшний парламент «советским» из-за «однопартийности», были активными приспешниками и членами именно того съезда законодательного органа, но тогда этих людей это не особо и тревожило. Что же касается кризиса, то он может иметь место только в том случае, если правящая элита, т.е. правительство, потеряет бразды правления над институтами – чего, безусловно, не произойдёт. «Грузинская Мечта», как в своё время Саакашвили и его партия ЕНД, полностью владеет ситуацией, и нет никаких признаков того, что представители государственного сектора, рабочие и другие представители грузинского общества выйдут на массовый и стихийный митинг. Особенно если учесть тот факт, что для многих граждан позиция или же оппозиция является деструктивными силами, без которых в парламенте наоборот – будет лучше; это, скорее всего, тревожит идеологический мотивированных людей, задающиеся насущным для них вопросом: «А что подумает Запад?!».

«Мирная революция»

Политическая оппозиция уже заявила, что или в стране будут назначены досрочные парламентские выборы, или процессы перейдут на улицы; в частности, грузинский народ, обедневший в результате экономического кризиса и пандемии, весной ринется на баррикады и «самостоятельно» сметёт власть, после чего оппозиция будет «вынуждена» встать у руля. Именно такой сценарий – «мирной революции» озвучивает политическая оппозиция, которая не может прямо заявить, что это план не «грузинского народа», а политических сил, поскольку призывы к таким шагам считаются неполиткорректными. Особенно неприемлемой идея «революции» стала после того, как уважаемая и влиятельная грузинская неправительственная организация ISFED, занимающаяся параллельным подсчётом голосов, признала свою ошибку и обновила результаты парламентских выборов, которые практически полностью совпали с выводами центральной избирательной комиссии. Это окончательно загубило попытки оппонентов власти доказать, что выборы были сфабрикованы. Как заявил посол Германии Хуберт Книрш, ни он, ни другие послы не получили ни одного вразумительного аргумента, доказывающего факт фальсификации; нет причин сомневаться в легитимности результатов. Ситуацию усугубил и посол ЕС Карл Харцель, прямо заявивший о том, что революционный сценарий – это не то, что поддержат стратегические партнёры Грузии. Следовательно, дебатов о легитимности парламентских выборов нет и не будет. Политическая оппозиция оказалась у «разбитого корыта», поскольку именно от международных наблюдателей ожидали своеобразного «зелёного света» на радикальные шаги. Сейчас у оппонентов власти нет международной поддержки, нет аргументов за революцию и, что самое главное, нет поддержки общества на революционный сценарий. Грузинское общество уже не является постсоветским, оно является гибридным. С одной стороны, оно имеет многие черты других постсоветских обществ, как бескомпромиссность, но в то же самое время, сильно укрепились Европейские элементы – призыв к диалогу и, конечно же, отказ от революций и стремление к эволюции. Поэтому повторения минского или бишкекского сценариев не следует.

Прозападные силы против Запада

Если же говорить с точки зрения развития грузинского общества и политического класса в целом, то можно с уверенностью заявить – 2020 год был историческим; именно этот год превратил Грузию в Восточно-европейское государство. И связанно это с тем, что концепция пост-колониального мышления была поднята не просто т.н. «маргинальными» для либеральных кругов элементами общества, а непосредственно ими же. Впервые за независимую историю Грузии т.н. либеральные элиты, кормящиеся донациями Запада восстали против неё. Люди, которые называли других пророссийскими, предателями, анти-западниками за то, что некоторые критиковали Западных послов, институты, подходы – сейчас сами ведут целенаправленную политику дискредитации против Запада, особенно, послов США Келли Дегнан, ЕС Карла Харцеля и Германии Хуберта Книрша. Более того, либеральные элиты стали открыто говорить о пост-колониальном мышлении среди общественного и политического классов, которое вынуждает подчиняться «желанию» Запада; т.е. для этих людей стало неприемлемым до сих пор незыблемая мантра – «Запад сказал, мы повинуемся». Это особенно важно учитывая тот факт, что и в Восточно-европейских государствах причиной восстания против «истины» было не только желание доказать существования альтернативной модели развития, но и банальное стремление к политической силе и финансовой прибыли. Самые видные грузинские либеральные элиты, которые в большинстве голосовали за оппозиционные партии, ввиду некоторых идеологических особенностей, внезапно осознали, что у них нет монополии на Запад. Более того, что Запад не поддерживает их «революционный настрой» на спасение Западного курса Грузии и Западных ценностей в стране – что вынудило этих людей от призывов к «цивилизованному миру» спасти Грузинскую демократию, перейти к призывам «мы сами разберёмся». Это, безусловно, — начало важного диалога в стране на тему постколониального мышления, который отчасти стал причиной антилиберальных и критических настроений в Восточной Европе; диалога, который реально превратит Грузию в Восточно-Европейское государство, с соответствующими привилегиями, а также негативными для либерализма последствиями.

Статья была опубликована на портале РСМД.

Tagged : / / / / / /

The Minor Chessboard


Малая шахматная доска.

Всемирная политика сфокусировалась на Южном Кавказе, и «малая шахматная доска» вновь оказалась в центре внимания. Глобальные и региональные силы разыгрывают очередную партию, распределяя зоны влияния в геополитической войне. Весь мир становится свидетелем исторических событий: Россия вводит дополнительные военные силы в регион, в Армении – траур и политическое потрясение, в Азербайджане празднуют пока ещё не выигранную войну, в Грузии политическая оппозиция грезит об очередной революции, а государственный секретарь США Майк Помпео на всех парах летит в Тбилиси.

Сейчас уже можно с уверенностью говорить о том, что глобальный международный порядок окончательно рухнул. Страны Южного Кавказа вновь оказались в прокси-войне представителей «великой шахматной доски», и всем заинтересованным игрокам придётся пересмотреть политику, чтобы подстроиться под новые реалии.

Глобальный контекст

Наверное, никто не будет опровергать тот факт, что ввод российских военнослужащих в зону конфликта является геополитическим и военным успехом Москвы. Этот для многих западных коллег ошеломительный исход армяно-азербайджанского противостояния стал доказательством неоспоримого доминирования России на Южном Кавказе. Кремль без единого выстрела, без шума и суеты сумел выдавить прозападные силы в лице Николы Пашиняна из Еревана, обеспечить историческую благодарность Баку, сдержать Анкару и, самое главное, снова намекнуть Вашингтону, что он не потерпит вмешательства в своё «жизненное пространство».

Промежуточные итоги показывают, что так называемый западный мир никакого реального влияния на Южном Кавказе не имеет – регион находится на попечении в первую очередь Москвы, а потом уже Турции.

В свою очередь, Анкара, которая на протяжении последних лет пытается выйти на сцену глобальной политики не как вторая по мощи военная сила НАТО, а как наследница великой Османской империи, – завершила этот процесс. Сейчас уже ни у кого не возникает сомнений по поводу того, что она имеет собственную внешнюю политику, не имеющую ничего общего со всемирным «демократическим походом» Запада. Политические элиты и в Вашингтоне, и в Брюсселе, и в Тбилиси (что немаловажно) вынуждены будут признать расклад и осознать, что «как прежде» уже не будет.

Ну и наконец, не следует забывать о том, что отстранение Турции от западного мира и возросшее влияние Кремля – очередной сильный удар по интересам Тбилиси, не только по его надеждам на вхождение в НАТО/ЕС, но и по попыткам переформатирования его восприятия не как части Южного Кавказа, а так называемого Черноморского региона. Путём перехода в «новую лигу» государство надеялось заинтересовать западно-европейские страны и ускорить свою интеграцию в западные институты. Однако констатация того, что Россия «наступает», превращает Грузию в ещё более важную составляющую именно южно-кавказского «фронта».

Региональный контекст

С точки зрения Южного Кавказа – Карабахский прецедент является очень важным и опасным. Это, по сути, первый случай, когда страна, имеющая территориальные проблемы, смогла частично их решить именно военным путём. Прецедент «восстановления» суверенитета может сильно встревожить, с одной стороны, другие частично непризнанные государства, а, с другой – дать надежду некоторым полисам и соответствующим патриотам, что в случае хорошей военной подготовки и внешней поддержки «исторические земли» всё-таки возможно вернуть. Такие «страхи» и «надежды» увеличивают возможность конфронтации не только в самом регионе, но и в более глобальном плане. Более того, растёт уровень неопределённости, что зачастую и становится причиной крупномасштабных политических, социально-экономических и военных потрясений.

К сожалению, промежуточные итоги военных действий только подстегнут радикальные движения в Армении, укрепят уже существующие в Баку и, безусловно, воодушевят тех грузин, которые надеются на то, что, не ведя переговоры с Сухумом и Цхинвали, рано или поздно можно будет устроить свой «блицкриг». И плохо то, что в данном случае будет меньше призывов к «миру» и больше призывов к «действию».

Госдеп летит в Грузию

На фоне вышесказанного грузинские политические элиты всё ещё проявляют инфантилизм, закрывая глаза на потрясения в регионе и мире. Сразу же после начала очередного военного противостояния вокруг Нагорного Карабаха, местные группы показали свойственное Тбилиси «безразличие», выступив с заявлениями о том, что страна готова помочь «братским» народам урегулировать процесс мирным путём. Однако, каких-либо серьёзных инициатив предложено не было, и стало понятно, что это инерционная политика, присущая государству с того момента, когда оно изъявило желание вернуться в «европейскую семью». Попытки «вернуться» туда, где Грузия никогда не была, до сих пор отнимают у местных мыслителей, ответственных за политические решения, все силы; так что они вспоминают о Южном Кавказе, да и обо всём постсоветском пространстве лишь в редкие моменты кризиса.

Однако рано или поздно грузинским элитам придётся открыть глаза и начать играть на «малой шахматной доске».

А исходя из того, что Тбилиси внезапно собрался посетить госсекретарь США Майк Помпео, – эта партия скоро начнётся. Не секрет, что такие события планируются заранее и по традиции представляют хорошую возможность для Грузии пропиарить свои стратегические отношения с Америкой. Но на фоне внутриполитической борьбы этот визит оказался для всех внезапным. И, скорее всего, он обусловлен двумя факторами. Во-первых, тем, что страна остаётся, по сути, единственным прозападным государством во всём регионе, включая Турцию, а во-вторых, необходимостью уже непосредственно от лица администрации Дональда Трампа повторить посыл международных партнёров политической оппозиции – выборы легитимны, и пора вернуть процесс в здание парламента. Несмотря на надежды оппозиционных партий, ведомых Единым национальным движением и Михаилом Саакашвили, этот подход не изменится со сменой правительства в Вашингтоне. Так называемый обобщённый Запад немало вложил в Грузию, чтобы сформировать там правила игры и установить порядок с мало-помалу развивающейся демократией. И пока статус-кво держится, надеяться на то, что стратегические партнёры дадут столь нужный для оппозиции «зелёный свет» на революционные процессы, не следует. Более того, сейчас, как никогда раньше, все заинтересованы в том, чтобы Тбилиси твёрдо стоят на «своих двух» и готовился к возможному ухудшению ситуации в регионе.

Статья была изначально опубликована на платформе Россия в Глобальной Политике.

Tagged : / / / / / / / / / /

Georgia: New Hope & the Russian Forces


Грузия: Новая надежда и пророссийские силы

29 июня 2020 г. парламент Грузии принял изменения в конституцию страны в третьем чтении, узаконив новую избирательную модель — смешанную с сильным уклоном в сторону пропорциональной. Целая эпопея, связанная с требованием политической оппозиции, стратегических партнёров страны и части общества подошла к своему логическому завершению. Парламентские выборы 2020 г. пройдут по формату 120 на 30, где большая часть законодательного органа будет избрана по партийным спискам, а остальная — представлена мажоритариями. В 2024 г. в силу войдут дополнительные изменения — и главный институт государства будет избираться только пропорциональным путём.

Однако этот процесс повлёк за собой довольно тяжёлые последствия. В частности, политическая оппозиция не только отказалась голосовать, но и обвинила посла Германии, который призвал все стороны принять участие в процессе, в предвзятости. Более того, некоторые представители «потребовали» смены главы представительства и обвинили посла Хуберта Книрша в пророссийскости, а оппозиционно настроенная медиа платформа «Табула» исказила перевод части его интервью, в связи с чем посольство Германии в Тбилиси попросило публичных объяснений. Наконец, представительство ЕС оценило «атаки» на посла как политически мотивированную выходку части политических сил и информационных агентств.

В поисках истины

Грузия уже давно находится в поисках несуществующей «идеальной» институциональной и избирательной моделей, которые смогли бы подстегнуть страну к дальнейшей демократизации. В 2012 г. страна перешла на парламентскую модель управления, надеясь на то, что это сможет наконец-то окончить «тиранию» президентского правления. Однако все те политические игроки, которые на протяжении последних десятилетий и формировали такую систему, просто перешли теперь в парламент, а ситуация практически не переменилась. На этот раз уже глава партии Грузинская Мечта — Бидзина Иванишвили — превратился в «спасителя» государства и нации. Следовательно, должность президента стало номинальной, но феномен «мессии» сохранился.

Новую надежду политический истеблишмент, стратегические партнёры и часть общества узрели в пропорциональной избирательной модели, которая, по их мнению, сможет разбавить парламентскую жизнь и вынудить всех сформировать культуру коалиционных правительств; т.е. по сути, путём увеличения политических игроков распределить власть таким образом, чтобы прецедентов узурпации больше не было. Так, мажоритарная и смешанная избирательные системы, которые всегда устраивали все власти и эффективно действуют в разных странах, превратились в недемократические формулы; и пропорциональная модель трансформировалась в единственную «праведную». Произошла очередная сакрализация, свойственная грузинскому общественно-политическому мышлению. Но никто не задумался над тем, что от перемены мест слагаемых сумма не изменяется; а значит, проблема не в моделях, а в тех, кто их реализует.

Неизвестный договор

После событий 20 июня 2019 г., когда часть грузинского общества опротестовала приезд в страну российского политика Сергея Гаврилова, глава Грузинской Мечты Бидзина Иванишвили пообещал провести ближайшие парламентские выборы 2020 г. по пропорциональной избирательной модели. Это заявление воодушевило всех, кто верил, что именно эта формула сможет изменить политическую жизнь в стране. Однако вскоре инициатива не была поддержана частью мажоритариев правящей партии и провалилась. Оппозиция или некоторые круги гражданского общества расценили это как целенаправленный саботаж. Политический кризис вынудил представительства стратегических партнёров Грузии вмешаться в переговоры и создать переговорную платформу. В итоге 8 марта 2020 г. при медиации послов США, Германии и ЕС был подписан т.н. мартовский договор, согласно которому выборы должны состояться по смешанной модели 120/30, а судебные процессы против представителей оппозиции должны были быть приостановлены.

Договор, который был подписан не в парламенте страны, а в посольстве США, до сих пор является предметом споров. Связано это с тем, что точный текст знают только подписанты, в то время как грузинское общество просто поставили перед фактом и предложили довериться. Такой подход оказался неудачным, поскольку и правительство, и оппозиция вскоре начали интерпретировать его по-своему — особенно ту часть, в которой речь идет о судебных тяжбах. Так, оппозиция заявляла, что, по их мнению, политические заключённые Гиги Угулава, Иракли Окруашвили и Гиорги Руруа должны быть освобождены. Без выполнения этого условия они отказывались участвовать в голосовании по поправкам в конституцию. В свою очередь, Грузинская Мечта заявляла, что такого уговора просто не могло быть. Послы оказались в неудобной ситуации, а общество — тем более. В итоге Г. Угулава и И. Окруашвили были помилованы президентом Саломе Зурабишвили, а в Г. Руруа, который все еще ждёт приговора суда, остался под стражей. Оппозиция, заявляя, что договор был нарушен, отказалась голосовать. В ответ на это Хуберт Книрш заявил, что имя третьего заключенного не было указано в тексте. Позже посла обвинили в предвзятости, проплаченности Грузинской Мечтой и, что еще более важно, продвижении российских интересов. Так медиатор превратился во врага и «агента» Кремля.

Пророссийский посол Германии

Грузинское общество уже привыкло к тому, что некоторые представители западных государств критикуют правящую силу за провал конституционных поправок и, как они заявляют, преследование политических оппонентов. Такая тенденция воодушевила местную оппозицию, и она довольно грубо выступила против посла Германии. Стоило ему только намекнуть на то, что не только правительство, но и оппоненты имеют обязанности по договору, его обвинили в некомпетентности, предвзятости, проплаченности и, конечно, пророссийской позиции. В частности, оппозиционно настроенная платформа «Табула» исказила часть его интервью в программе «Пограничная ZONA» 9 декабря 2019 г. По искаженной версии, разгон митинга 20 июня 2019 г. соответствовал правовым нормам. Однако в реальности Хуберт Книрш сказал, что любой митинг должен быть мирным, а в случае нарушения закона правительство должно использовать закономерную силу. Эта «опечатка» была исправлена, но посольство Германии потребовало признания ошибки. Моментально были распространены эпизоды из этого же интервью, на которых посол говорит о Докладе Тальявини, где речь идет о том, что грузинские военнослужащие первыми начали крупномасштабную атаку, и это позволило российской стороне использовать ситуацию для реализации своих политических и геополитических целей. Заявление, опирающееся на официальный документ, было искажено и использовано в искаженном виде, чтобы сделать возможным создание петиции с требованием выслать «пророссийского» посла, подрывающего демократические устои Грузии, продвигающего насилие отношении мирных протестующих и защищающего коррумпированную власть Грузинской Мечты. Посол Германии Хуберт Книрш, лишь недавно названный политической оппозицией «другом», тогда превратился в предателя и «агента Кремля». Однако скандал, скорее всего, не будет разрастаться, поскольку представительство ЕС в Грузии послало всем (особенно представителям оппозиции и соответствующим медиа платформам) чёткий сигнал прекратить нападки и очернение посла. Попытка недоброжелателей Грузинской Мечты замахнуться на посла Германии оказалась провальной.

Местные и международные политические игроки поздравляют друг друга с утверждением новой, лучшей избирательной модели в Грузии. Для них зажглась надежда на то, что внедрение большей пропорциональности изменит политическую культуру в стране. Однако есть серьёзные сомнения, что, как и в случае с переходом на парламентские «рельсы», от простой перестановки слагаемых сумма не изменится; т.е. мажоритарии просто перейдут в партийные списки, а сама суть процессов останется прежней. Более того, т.н. мартовский договор ещё раз доказал, что политические переговоры за закрытыми дверями ни к чему хорошему не приведут. А послы могут превратиться из «друзей» в «агентов Кремля» по одному желанию той или иной политической силы.

Статья была опубликована на портале РСМД.

Tagged : / / / / / / / /

Political Analyst Sikharulidze: US-Chinese Rivalry will be Economic


Политолог Сихарулидзе: Противостояние США и Китая ограничится экономической потасовкой

Заинтересован ли Китай в создании двуполярной системы мира и какую позицию должна занять Россия в конфликте Вашингтона и Пекина? На эти вопросы в интервью изданию Украина.ру ответил грузинский политолог, основатель SIKHA foundation Арчил Сихарулидзе

— Арчил, на ваш взгляд, зачем Трамп обвиняет Китай? Какие цели он преследует?

— Во-первых, не только Трамп, но и Европа довольно сильно прессингует Китай по поводу коронавируса. Вирусологическая лаборатория находится в Ухане, откуда стала распространяться эпидемия. Многие на Западе, да и все адекватные люди хотят знать, что во всем этом нет руки Китая и что нам не угрожает другой вирус.

Согласитесь, что это адекватная просьба, и никто не хотел бы повторения.

Второе — это, конечно, избирательная кампания. Трамп, известный своей агрессивной риторикой, по сути, сменил фокус. До него, при Буше, Обаме Россия была причиной всех бед в международных отношениях. Теперь для Трампа главной опасностью является Китай, и в своей предвыборной кампании он будет указывать именно на Китай и в меньшей степени на Россию. Если бы президентом был Байден или Хиллари Клинтон, мы бы намного меньше слушали про Китай и больше — про Россию. Все зависит от подходов.

Как бы кто ни говорил, Россия — часть западной цивилизации, поэтому для Америки важно, чтобы Россия подчинялась законам, которые сформировал Запад. Китай воспринимается как отдельная цивилизация. Поэтому использовать его как субъект, который вызвал Запад на противоборство, менее популярно.  

Будет очень интересно, как Джозеф Байден будет вести свою избирательную кампанию. Если Трамп критикует Китай, то Байден пойдет по уже протоптанной стезе и будет делать больший акцент на России.

– Как вы считаете, уместно ли провести аналогию между ситуацией, которая сложилась накануне вторжения в Ирак и нынешним положением вещей? Ведь тогда Ирак тоже обвиняли в создании оружия массового поражения.

— Аналогию можно повести, но здесь есть фундаментальные различия. Ирак — это Ирак. Для США это неразвитое маленькое государство. Напомню, что тогда и Советский Союз не пытался защищать Ирак, на этом фоне полным ходом шли перемены и в самом СССР.

Тут играют роль два фактора: первое — это размер и вес этой страны и роль других игроков, в том числе СССР.

Сейчас мы имеем дело с Китаем, который по экономике первая страна, а по населению намного больше всего Запада, а его армия вторая в мире.

Поэтому проводить такую аналогию не совсем правильно с точки зрения контента, то есть значимости. И не забываем, что сегодня на стороне Китая находится, по крайней мере так воспринимается, Россия.

– Насколько далеко в своих претензиях к Китаю может зайти Вашингтон? Возможен ли вывод с территории Китая западных предприятий?

— Когда говорят о выводе предприятий из Китая, то многие забывают, почему они оказались-то в Китае. Это же не был жест доброй воли: вот, мы посылаем американские фабрики в Китай. Они находятся в Китае, потому что китайским рабочим платят меньше доллара или доллар в день, в то время как американским или европейским надо платить по 10 долларов.

То есть весь смысл перехода в Китай заключался в том, что есть рабочая сила, которой по западным стандартам ничего не платишь. И это законно. Я удивляюсь, когда говорят: давайте переведем все фабрики из Китая. Но тогда вы будете платить за айфон или те продукты, которые производят в Китае, не 10 долларов, а 30.

Ведь стоимость продуктов зависит от стоимости сборки, а туда входит и сумма, которая вложена в производство. Поэтому все производители ушли в Азию, где стоимость труда очень низкая. Если бы мы производили в Германии, то цена была бы намного больше.

Поэтому люди должны быть готовы покупать более дорогие вещи, если мы переведем фабрики в другие страны. Возникает вопрос: на фоне коронавируса, когда покупательная способность снижается, готовы ли люди платить больше? Я думаю, что нет.

– Как же Китай может ответить США? Возможен ли отказ от доллара и перевод торговли на юань?

— Чтобы отказаться от доллара, Китаю нужно время. Давайте признаемся, что пока самые богатые и влиятельные люди мира живут на долларе. И как ни крути, и китайские элиты, и российские элиты это устраивает. Все российские олигархи и китайская «золотая молодежь» живут на Западе и зарабатывают в долларах. Все это риторика борьбы.

Скорее всего, все ограничится экономической даже не войной, а, я бы сказал, потасовкой. После чего все помирятся. Потому что всех все устраивает. Китай устраивает США и Западная Европа. Он использует их рынок. Запад устраивает то, что Китай можно как-никак контролировать, посредством американских фабрик.

 — Как вы полагаете, возможен ли в принципе вариант создания двуполярной системы в мире в будущем?

— Я сомневаюсь, потому что мы уже давно живем, на самом деле, в многополярном мире. Мягком многополярном, я бы назвал. По сути, у нас есть мощный доминант Америка, и мощный доминант Китай, но есть и Российская Федерация, которая владеет, если и не экономическими механизмами, но очень сильными военными возможностями, ядерным оружием. Евросоюз, который не имеет такой мощной армии, но обладает сильной экономикой. Есть Индия, Бразилия…

Что важно, ни одна из супердержав (Китай, Россия и Америка) не может, как во время биполярной системы, силой решить свои проблемы.

Так что в двуполярной системе я сомневаюсь. Я даже сомневаюсь в том, хочет ли этого Китай. Не в политике Китая выступать на геополитическую сцену. Китай всегда проводил экономическую экспансию. Для геополитики всегда была Россия.

Я думаю, мы окончательно дойдем до того, что сформируется мягкая многополярность. Как говорил Генри Киссинджер, до этого мы дорастем.

– Какую позицию, на ваш взгляд, должна занять Россия в противостоянии США и Китая?

— У России неимоверный потенциал. Если бы Россия начала использовать свой потенциал, она могла бы через 30-40 лет играть самостоятельную роль и не переходить на чью-то сторону. Я думаю, все это в России понимают.

Но, к сожалению, реализовать свой потенциал она по разным причинам не может. Сейчас очевидно, что у России есть претензии к Западу. Но Запад особо эти претензии не учитывает, потому что там пришли к выводу, что мы победили в холодной войне, Россия проиграла, поэтому молчите…

На этом фоне Россия злится и пытается использовать Китай, чтобы показать Западу: я одна могу с вами побороться, а с Китаем у вас нет шансов.

С другой стороны, Российской Федерации нужно осознать, что Китай — это другая цивилизация. Все-таки Россия одной ногой находится в западной цивилизации, а Китай — самодостаточная цивилизация.

Поэтому я уверен, что в России понимают, что Китай не может быть полностью другом. Поэтому России нужно играть двоякую роль. С одной стороны, использовать формулу Киссинджера, а с другой — стороны сохранять возможность поворота на Восток.

По словам американского политика Генри Киссинджера, в «треугольнике» Россия—США—Китай в лучшем положении находится та страна, которая ближе к двум остальным, чем те друг к другу. — Ред.

Интервью было дано порталу Украина.Ру.

Tagged : / / /
RussiaUSAGeorgia